ТАРЗАН. Том 1

Вошедший быстро шагнул вперед, переступив через тело Иенсена. Тяжелая рука опустилась Мальбину на плечо. Он обернулся и увидел перед собой высокого черноволосого мужчину, с серыми глазами, одетого в хаки, с пробковым шлемом на голове. Мальбин снова схватился за револьвер. Но его противник оказался проворнее: в одно мгновение револьвер был выбит у него из рук и отлетел далеко в сторону.

— Что это значит? — обратился он к Мериэм, но она не поняла его. Она покачала головой и ответила по-арабски. Незнакомец повторил свой вопрос на ее родном языке.

— Эти люди увели меня от моего Корака! — ответила девочка. — Один из них, вот этот, очень скверно обращался со мной. Второй, которого он только что убил, хотел помешать ему. Они оба — дурные люди; но вот этот гораздо хуже того. Если бы мой Корак был здесь, он убил бы его. Ты, должно быть, не такой же, как они, если ты его не убиваешь.

Незнакомец улыбнулся.

— Да, его следовало бы пристрелить, — сказал он. — Он, несомненно, заслуживает того. Когда-нибудь я убью его, только не сейчас. Но я позабочусь, чтобы он никогда больше не обижал тебя.

— Ты заслужил смерть, — сказал незнакомец Мальбину, — но я не судья. Я знаю вас обоих и знаю, что вы за птицы. У тебя и у твоего друга здесь самая постыдная слава. Ты нам не ко двору, убирайся! На этот раз я тебя отпускаю; но не смей больше возвращаться в эти края, иначе я возьму на себя роль правосудия. Понял?

Мальбин пришел в бессильную ярость, изрыгая проклятья и награждая своего противника самыми нелестными прозвищами. Но тот, схватив его за шиворот, так основательно встряхнул его, что у негодяя застучали зубы. Сведущие люди говорят, что из всех телесных наказаний, не причиняющих человеку увечья, эта добрая старая встряска есть самая мучительная кара. Такую-то встряску и задал теперь незнакомец Мальбину.

— А теперь убирайся-ка поскорее отсюда! — крикнул он. — В другой раз будешь знать, с кем имеешь дело!

И он шепнул Мальбину свое имя; едва только негодяй услыхал это имя, его лицо побледнело и вытянулось, и он вдруг присмирел.

Это имя подействовало на него сильнее, чем десяток ударов кулаком.

После этого незнакомец дал шведу такого пинка, что тот стрелой вылетел из палатки и растянулся за десять шагов на траве.

— А теперь, — сказал незнакомец, обращаясь к Мериэм, — не знаешь ли, где находится ключ от этой штучки, которая у тебя на шее?

Девушка показала пальцем на мертвого Иенсена.

— Ключ был у него, — сказала она. — Он всегда носил этот ключ при себе.

Незнакомец наклонился над трупом и, обыскав платье Иенсена, нашел ключ в одном из карманов. Еще минуту — и Мериэм была на свободе.

— Ты отпустишь меня к моему Кораку? — спросила она.

— Я помогу тебе вернуться к твоему народу, — ответил он. — Откуда ты? Где твое селение?

Он с удивлением смотрел на ее странный, варварский наряд. Он считал ее арабской девушкой, потому что она говорила по-арабски, но он никогда не видел, чтобы арабские женщины одевались так странно.

— Какого ты племени? Кто этот Корак? — снова спросил он.

— Корак? Корак — обезьяна. У меня нет другой родни. Мы с Кораком живем одни в джунглях, с тех пор, как Акут стал царем обезьян. Мой Корак должен был быть царем, но он не хотел.

Незнакомец с удивлением смотрел на нее.

— Ты говоришь, что Корак — обезьяна. А кто же ты?

— Я — Мериэм. Я — тоже обезьяна.

— Гм! — сказал незнакомец и не прибавил ни слова. Но по его глазам, которые с жалостью смотрели на девочку, можно было отчасти понять, что он думал. Он подошел к ней и коснулся рукой ее лба. Она отскочила назад с диким рычаньем. Он улыбнулся.

— Не бойся меня, — сказал он. — Я тебя не обижу. Я только хочу узнать, здорова ли ты, нет ли у тебя жара. Если ты здорова, мы вместе пойдем искать Корака.

Мериэм взглянула в его проницательные серые глаза. Она увидела в них доброту и благородство и позволила ему положить ладонь к ней на лоб и пощупать ее пульс. Она казалась вполне здоровой.

— Давно ли ты стала обезьяной? — спросил человек.

— Я была тогда совсем маленькой девочкой, много, много лет тому назад. Корак пришел и отнял меня у отца, который бил меня. С тех пор я и жила на деревьях с Кораком и Акутом.

— Где же в джунглях живет Корак? — спросил незнакомец.

Мериэм сделала широкий жест рукой, который указывал, по крайней мере, на половину Африки.

— Могла бы ты найти дорогу к нему?

— Я не знаю, — ответила она, — но он найдет дорогу ко мне.