Альберт Терхьюн - Лэд

— Патриот? — эхом отозвался недоумевающий Хозяин.

— Да. Вот почему я езжу по округу: чтобы воззвать к чувству долга владельцев собак. Я только что основал местное отделение Лиги экономии провизии…

— Прекрасная организация, — горячо одобрил эту инициативу Хозяин, — но какое отношение имеют владельцы собак…

— Какое отношение они имеют к Лиге? — закончил за него Глюр. — Никакого, в этом-то и жалость. Но им следует изменить ситуацию. Вот почему я вызвался сделать объезд по соседям. Это была исключительно моя идея. Кое-кто оказался настолько туп, что пробовал возражать, но так как именно я основал и профинансировал Хэмптонское отделение Лиги…

— О каком объезде соседей вы говорите? — спросил Хозяин, достаточно хорошо знавший Глюра, чтобы вовремя остановить его хвалебную песнь самому себе. — Вы сказали, что хотите воззвать к чувству долга собаководов. О чем именно речь? Мы, собачники, за прошедший год собрали не одну тысячу долларов на выставках под эгидой Красного Креста и взносов в различные военные фонды. А еще в фонд «Синий Крест» и Фонд скорой помощи для колли…

— Это кое-что получше, чем просто отдать лишнюю монету, — перебил его Глюр. — Это кое-что, связанное с жертвой. Необходимой жертвой во имя страны. Жертвой, которая может выиграть войну.

— Тогда рассчитывайте на меня! — от всего сердца воскликнул Хозяин. — Рассчитывайте на всех настоящих собачников. В чем состоит эта «жертва»?

— Это я сам придумал, — скромно похвастался Глюр и добавил: — То есть, конечно, мысль уже возникала и у других людей, они об этом писали в газеты и все такое, но я первый, кто вышел вперед и предпринял конкретные шаги.

— Ну, выкладывайте, — с некоторой настороженностью предложил Хозяин.

— Стрелять! — воскликнул Глюр. — Вот что я предлагаю сделать собачникам: стрелять!

— Ч-что? Что делать?

— Стрелять. Или травить. Или душить, — предлагал вариант за вариантом Глюр на волне вдохновения. — В общем, я предлагаю избавиться от всех до единой собаки.

Хозяин так и остолбенел. А потом стал медленно багроветь. Глюр же разливался соловьем:

— Видите ли, сосед, народ против этого. Когда в прошлом месяце объявили войну, страна оказалась не готовой к ней. Теперь нам приходится экономить. Сейчас еда на вес золота. Еда — это наше оружие против кайзера. Мы ограничиваем себя в сахаре, мясе, жире, но на каждый цент, сэкономленный таким образом, целый доллар выбрасывается на корм нашим собакам. Эти псы — бессмысленная, никчемная, дорогостоящая роскошь! От них ведь никакой практической пользы. Они съедают то, что должно было достаться солдатам. Я пытаюсь изменить это вопиющее положение дел хотя бы там, где живу, и убеждаю соседей избавиться от собак. Когда я докажу, что эта инициатива — настоящее спасение для нации, то возглавлю всеобщую кампанию от Калифорнии до Нью-Йорка, от…

— Стойте! — оборвал его Хозяин. Он вновь обрел голос, но при этом утратил всякое самообладание. — Что за чушь вы тут порете? Сколько владельцев собак, по-вашему, подпишется под этой безумной доктриной? Вы с кем-то уже говорили? Или я — ваша первая мишень?

— Жаль, что мою идею вы восприняли в штыки, — упрекнул его Глюр. — Я-то полагал, что вы человек более широких взглядов, но похоже, вы ничем не отличаетесь от остальных — такой же упертый.

— А, так значит, были и «остальные»? — подловил его на слове Хозяин. — «Остальные»! И я, значит, не первый? Рад, что у соседей хватило ума отправить вас ни с чем.

— Они просто слепо обожают собак, что один, что второй, — обиженно буркнул Глюр, — и вы, как оказалось, такой же. Один из них кричал мне вслед нечто совсем уж невообразимое, но я очень надеюсь, что просто ослышался, потому что в противном случае у меня есть все основания подать на него в суд за клевету. А другой болван и вовсе грозил взяться за оружие, если я не покину его владения.

— Эх, какая досада! — вздохнул Хозяин. — Кажется, те два человека сказали и сделали все, что только можно, и я уже ничего нового не придумаю. Хотя… послушайте меня всего две минуты. Я читал в газетах несколько статей против собак, но впервые лично сталкиваюсь с человеком, который поддерживает этот бред. И я собираюсь…

— Тут не о чем спорить, — высокомерно перебил его Глюр.

— Ничего подобного, — не сдавался Хозяин. — Спорить можно обо всем, кроме религии, любви и зубной боли. Вы говорите, что собак следует уничтожить, что это наш долг перед родиной, и основной ваш аргумент — это то, что они не приносят пользы. Только это неверно. Вы ошибаетесь с самого начала. Сейчас я не говорю об огромных питомниках, где один человек разводит сотни собак примерно так же, как разводят призовых свиней. Хотя вспомните, что сделали для страны владельцы таких питомников на прошлой нью-йоркской выставке в «Мэдисон-сквер-гарден»! Многотысячная прибыль от выставки, вся до последнего пенни, была отдана в Красный Крест! Но мы с вами говорим не о них, а о таких людях, которые держат одну, две или даже три собаки в качестве домашних животных. О таких, как я, например. Вы знаете, во что мне обходится содержание одной собаки?