Роберт Штильмарк - Детская библиотека. Том 65

Мистер Грегори, видимо, ожидал прихода этих молодых людей, ибо он торопливо запер изнутри двери на засов и засуетился у чугунной плиты, служившей как бы широким подножием к порогу. Грегори приподнял кольцо, вделанное в металл, просунул в него железный ломик и с усилием сдвинул плиту с места. Заметив его старания, рослый молодой человек взял из рук прислужника ломик, поднажал на него коленом, и чугунная плита наполовину отошла в сторону, открыв доступ в черный люк. В отблеске свечей стала видимой верхняя ступенька железной лестницы, ведущей в подземелье.

— Все ваши вещи уже там, — прошептал Грегори. — Возьмите по свече и спускайтесь. Там сыро и холодно, поэтому теплее укутывайтесь в плащи. Внизу вы найдете дверь.

Молодые люди не раздумывая спустились по лестнице, освещая подземелье свечами. Ступени оканчивались против узкой металлической двери с засовом. Рослый синьор, спустившийся первым, отодвинул засов и ввел своего юного спутника в подземный тайник под часовней.

Широкая скамья, заранее покрытая суконным пледом, стояла вдоль длинной стены, и под нею, на каменном полу, были сложены два небольших, аккуратно перевязанных ремнями тюка.

Рослый молодой человек сразу распаковал один из тюков, заботливо усадил своего спутника на скамью, укутал его с головы до ног плащом, придвинул к скамье небольшой стол, стоявший рядом с распятием, и, выпростав из-под плаща обе руки юноши, принялся усердно растирать их и гладить.

— Завтра я доставлю вас на борт «Санта-Роза» с помощью ялика, который принадлежит отцу Бенедикту, — пояснил служитель из-за двери. При этом он загремел наружным засовом.

— Грегори! — крикнул ему спутник Изабеллы. — Зачем вы запираете дверь?

— Так приказал святой отец, чтобы полиция, если ей вздумается заглянуть сюда, нашла дверь вашего тайника запертой. А я уж сумею убедить чиновников, будто дверь не открывалась много лет.

Карета с отдыхающим львом на гнутой дверце уже миновала мост через Ченси и приближалась к «Веселому бульдогу». Лошади шли рысью, железные шины однообразно и надоедливо гремели по булыжнику.

— Сверни на луговую дорожку, мне осточертела эта тряска от самого Лондона, — приказал кучеру владелец поместья Ченсфильд.

Левое окно кареты было опущено. Граф Ченсфильд вглядывался в очертания обеих башен своего дома, серевших вдали, на фоне вечернего неба.

В этот миг какой-то всадник обогнал карету. Она съехала с булыжной мостовой и уже катилась по чуть приметным колеям проселка, служившего для вывоза сена с лугов. Обскакав карету, верховой придержал потного коня, поравнялся с экипажем и наклонился к открытому оконцу. Лорд-адмирал не узнал всадника. Тот назвался слугою мистера Кленча, лондонского агента его светлости.

— Срочное известие от мистера Кленча, ваша милость. Мистер Кленч велел непременно догнать вас в дороге!

— Скачите вперед, предупредите привратника, — сказал виконт, откидываясь на подушку.

В карете было темно, и прочесть письмо сразу он не смог. Как любой другой смертный, лорд-адмирал ощутил неприятный холодок тревоги: видно, письмо содержало немаловажные вести, если лондонскому агенту понадобилось отрядить следом за каретой специального гонца.

Небосклон посинел. Дом и парк вдали стали черными и слились вместе. Над шпилями обеих башен замерцали звезды. Кое-где в окнах второго этажа виднелись огни. Нижние залы не были освещены или же ставни не пропускали света наружу.

У главных ворот, распахнутых настежь, стоял седой привратник. Старик низко поклонился хозяину, когда четверка лошадей промчала экипаж по полукругу подъездной аллеи. Граф Ченсфильд глядел в окошко кареты, но не видел никого на ступенях главного подъезда.

В полутемном вестибюле старик мажордом едва успел зажечь две свечи в стенных бра, в дополнение к тусклому огарку, который чадил над гардеробной стойкой. Он принял у хозяина шляпу и плащ.

Удивленный и раздосадованный оказанным приемом, лорд Ченсфильд коротко спросил, здорова ли миледи. В ту же минуту она сама появилась на пороге. Супруг сразу заметил, что она рассержена и озабочена.

— Ты не слишком торжественно обставила встречу мужа, Нелль, — проговорил он громко. — Черт побери, я не узнаю…

— Тише, бога ради тише, Фредди! — прервала его леди Эллен. — Дом полон посторонних… У нас гости и…

— Какие, к черту, гости?

— Фредди, у нас остановился французский барон… К несчастью, он тяжело заболел и, кажется, умирает… Только вчера вечером прямо из Италии прибыл еще какой-то ученый богослов, доктор Томазо Буотти Он говорит, что послан к тебе графом Паоло д'Эльяно, венецианским патрицием, у которого ты побывал в гостях. Впрочем, это все маловажно. У нас есть забота посерьезнее…