Роберт Штильмарк - Детская библиотека. Том 65

Солдаты из взвода Грелли со смехом окружили повозку бродячей маркитантки [71] Маркитанты — торговцы съестными припасами и предметами солдатского обихода, сопровождавшие армию в походах , следовавшей в течение нескольких недель в обозе армии. Пожилая женщина, лоток которой солдаты Джакомо уже опрокинули, отчаянно вырывалась из рук Бартоломео Грелли, Джузеппе Лорано и Вудро Крейга.

Голос женщины вызвал в памяти Джакомо неясные, давно забытые картины. Он остановил своих разгулявшихся солдат, поднес к лицу маркитантки фонарь и… узнал свою мать, увядшую и поседевшую.

В палатке маркитантки притихшие солдаты, ближайшие друзья Джакомо, услышали горестную повесть синьоры Франчески Молла. Амнистия по случаю рождения престолонаследника тосканского герцогства принесла ей свободу, но с пожизненным изгнанием из Италии. Судьба привела ее во Францию, потом в Германию и, наконец, бросила постаревшую синьору в обоз шведского войска.

Сын ее рассказал о своем знакомстве с Габриэлем Молетти и понял, что был ограблен этим полицейским чиновником.

Вместе с Бартоломео и двумя другими моряками, Джузеппе Лорано и Вудро Крейгом, которым тоже наскучила сухопутная война, Джакомо покинул армию шведского короля и, забрав с собою мать, решил отправиться в Сорренто. Добравшись до южной Франции, все пятеро поселились на некоторое время в Марселе, где синьора Франческа и осталась навсегда. Здесь она, уже на склоне лет, вступила в свой первый законный брак. Мужем ее стал Бартоломео Грелли, открывший табачную лавку в порту. После мирной и непродолжительной совместной жизни оба супруга умерли в один год от холерной эпидемии.

Когда Джакомо явился в маленький домик на окраине Сорренто, Анжелика баюкала пятилетнего Антони Ченни, родившегося вскоре после смерти Родольфо. Доротее шел уже пятнадцатый год, и она обещала стать настоящей красавицей. Увидев Джакомо, она завизжала и повисла у него на шее. В доме царила неприкрытая нищета, и приезд Джакомо спас семью от гибели.

Вместе с друзьями Лорано и Крейгом он починил домик и даже отыскал на берегу старый баркас Родольфо. Джакомо накупил нарядов Доротее и сластей ее брату Антони, но на этом и кончились остатки монет, бренчавших в карманах бывшего солдата шведской армии.

Через несколько месяцев Джакомо с обоими друзьями направился в Ливорно и здесь узнал, что его обидчик, Габриэль Молетти, уже вышел в отставку и живет в собственной загородной вилле.

…Бывший чиновник герцогской полиции, ныне помещик и новоявленный патриций Габриэль Молетти вкушал послеобеденный отдых на террасе своей виллы, выходившей окнами на взморье. Виноградники и цветы вокруг дома радовали глаз владельца. Успокоительно жужжали жуки, бабочки реяли в струях нагретого воздуха. Стоял знойный августовский день 176 года.

Шорох в кустах под самой верандой, где отдыхал в качалке синьор Габриэль, удивил его, так как синие щеки синьора не ощущали ни малейшего дуновения ветерка. Открыв глаза, он увидел перед собой очень злое лицо незнакомого кавалера в берете, а на ступенях веранды еще двух молодцов при шпагах и достаточно грозного вида. Слуги Молетти были на заднем дворе, и синьор оказался одиноким в обществе трех нежданных гостей.

Они довольно решительно пригласили хозяина в кабинет и здесь предъявили ему дипломатический ультиматум в виде трех черных отверстий пистолетных стволов, потребовав немедленно выложить наличными сумму в пять тысяч скуди.

Уклончивое поведение господина Молетти привело к тому, что три синьора, обшарив кабинет и обнаружив банковскую чековую книжку, весьма небрежно сунули последнюю в один из многочисленных пустых карманов, а затем аккуратно связали и упаковали самого владельца книжки. Оставив упакованного помещика под охраной Вудро Крейга, Джакомо и Джузеппе при полном непротивлении оробевшего конюха оседлали на конюшне трех наилучших коней и увезли сверток с господином Молетти в горы.

Здесь, в укромной пещере, Джакомо напомнил синьору Габриэлю некоторые эпизоды из прошлого, и синьор признался во всем, не преминув, однако, упомянуть и об участии хозяина отеля в присвоении имущества синьоры Франчески.

Чтобы не утруждать себя вычислением сложных процентов и прочими скучными расчетами, Джакомо определил размеры понесенного им ущерба чисто рыцарским глазомером и в результате привез из банка пять тысяч скуди по чеку, подписанному Молетти. Затем друзья распаковали чиновника и привязали его, в несколько облегченном туалете, к седлу коня. Опытный в обращении с кожаной плетью Джакомо повторил на спине привязанного синьора все уроки богословия, испытанные некогда его собственной спиной благодаря воспитательному рвению приютского падре. Когда взмыленный конь примчал владельца виллы домой, у домочадцев не было надежды, что он когда-либо откроет глаза. Но Габриэль Молетти выжил и даже поставил в придорожной часовне толстую свечу чистого пчелиного воска в честь чудесного избавления.