Евгений Шварц - Голый король

Толпа (благоговейно) . Ура.

Первый министр. Стойте молча, пока король не появится. Пойте гимн и кричите «ура», пока король не скажет «вольно». После этого молчите. Только когда по знаку его превосходительства закричит королевская гвардия, кричите и вы. Поняли?

Толпа (рассудительно) . Ура.

Приближающийся крик: «Король идет! Король идет! Король идет!» Входит король со свитой.

Офицер (командует) . При виде короля от восторга в обморок – шлеп!

Солдаты падают.

Первый министр (толпе) . Пой гимн!

Толпа. Вот так король, ну и король, фу-ты ну-ты, что за король! Ура-а! Вот так король, ну и король, фу-ты ну-ты, что за король! Ура!

Король. Вольно!

Толпа замолкает.

Офицер. В себя прий-ди!

Солдаты подымаются.

Король. Ну где же она? Ну что это! Какая тоска! Мне хочется поскорей позавтракать, а тут эта… полукровная. Где же она? Надо ее скорее спровадить.

Первый министр. Идет, ваше величество.

Выходит принцессас фрейлинами.

Офицер (командует) . При виде молодой красавицы принцессы жизнерадостно пры-гай!

Солдаты прыгают.

С момента появления принцессы король начинает вести себя загадочно. Его лицо выражает растерянность. Он говорит глухо, как бы загипнотизированный Смотрит на принцессу, нагнув голову, как бык. Принцесса всходит на возвышение.

Офицер (командует) . Успо-койсь!

Солдаты останавливаются.

Король (сомнамбулически, горловым тенором) . Здравствуйте, принцесса.

Принцесса. Иди ты к чертовой бабушке.

Некоторое время король глядит на принцессу, как бы стараясь вникнуть в смысл ее слов. Затем, странно улыбнувшись, разворачивает приветствие и откашливается.

Офицер (командует) . От внимания обалдей!

Король (тем же тоном) . Принцесса. Я счастлив, что вы как солнце взошли на мой трон. Свет вашей красоты озарил все вокруг.

Принцесса. Заткнись, дырявый мешок.

Король (так же) . Я счастлив, принцесса, что вы оценили меня по достоинству.

Принцесса. Осел.

Король (так же) . Вы так хорошо меня поняли, принцесса, что я могу сказать только одно: вы так умны, как и прекрасны.

Принцесса. Дурак паршивый. Баран.

Король. Я чувствую, что мы любим друг друга, принцесса, позвольте вас поцеловать. (Делает шаг вперед.)

Принцесса. Пошел вон, сукин сын!

Пушечная пальба. Ликующее «ура». Принцесса сходит с возвышения. Король странной походкой, не сгибая колен, идет на авансцену. Его окружают фрейлины. Первый министр поддерживает его за локоть.

Первая фрейлина. Ваше величество! Разрешите ущипнуть дерзкую?

Первый министр. Ваше величество, я доктора позову.

Король (с трудом) . Нет, не доктора… Нет… (Кричит.) Ткачей!

Первый министр. Они здесь, ваше величество.

Король (кричит) . Немедленно сшить мне свадебный наряд!

Первая фрейлина. Но вы слышали, ваше величество, как она нарушала дисциплину?

Король. Нет, не слышал! Я только видел! Я влюбился! Она чудная! Женюсь! Сейчас же женюсь! Как вы смеете удивленно смотреть? Да мне плевать на ее происхождение! Я все законы переменю – она хорошенькая! Нет! Запиши! Я жалую ей немедленно самое благородное происхождение, самое чистокровное! (Ревет.) Я женюсь, хотя бы весь свет был против меня!

Занавес

Коридор дворца. Дверь в комнату ткачей. Принцессастоит, прижавшись к стене. Она очень грустна. За стеной гремит барабан.

Принцесса. Это очень тяжело – жить в чужой стране. Здесь все это… ну как его… мили… милитаризовано… Все под барабан. Деревья в саду выстроены взводными колоннами. Птицы летают побатальонно. И кроме того, эти ужасные, освященные веками традиции, от которых уже совершенно нельзя жить. За обедом подают котлеты, потом желе из апельсинов, потом суп. Так установлено с девятого века. Цветы в саду пудрят. Кошек бреют, оставляя только бакенбарды и кисточку на хвосте. И все это нельзя нарушить – иначе погибнет государство. Я была бы очень терпелива, если бы Генрих был со мной. Но Генрих пропал, пропал Генрих! Как мне его найти, когда фрейлины ходят за мной строем! Только и жизнь, когда их уводят на учение… Очень трудно было передергать всех бородачей. Поймаешь бородача в коридоре, дернешь – но борода сидит как пришитая, бородач визжит – никакой радости. Говорят, новые ткачи бородатые, а фрейлины как раз маршируют на площади, готовятся к свадебному параду. Ткачи работают здесь. Войти, дернуть? Ах, как страшно! А вдруг и здесь Генриха нет! Вдруг его поймали и по традиции восьмого века под барабан отрубили ему на площади голову! Нет, чувствую я, чувствую – придется мне этого короля зарезать, а это так противно! Пойду к ткачам. Надену перчатки. У меня мозоли на пальцах от всех этих бород. (Делает шаг к двери, но в коридор входят фрейлины строем.)