Андрей Жиров - Путь в космос

Дается свет. Из глубины сцены выходят Г о р е л о в, Т а р а с е н к о, С е в е р ц е в и Б ы с т р о в.

И вновь голос диктора: «Земля! Твои сыновья: Алексей Горелов (отдает честь, останавливается), Михаил Тарасенко (отдает честь, встает рядом с Гореловым), Андрей Северцев (отдает честь, встает рядом с Тарасенко) и Владимир Быстров (отдает честь, встает рядом с Северцевым) — возвратились из космоса!»

На сцену выходят в с е д е й с т в у ю щ и е л и ц а, окружают космонавтов, и все вместе направляются на авансцену.

З а н а в е с

Н и к о л а й — командир космического корабля.

В а л е р и й — бортинженер корабля.

С м о л к и н Я к о в — майор, дублер Николая.

П р е с н я к о в — начальник главка.

П а ш и н В а с и л и й П е т р о в и ч — Главный конструктор.

К р е м н е в К о н с т а н т и н С т е п а н о в и ч — директор Центра управления.

К у д р я ш о в а Т а т ь я н а М и х а й л о в н а — баллистик.

Л о ш а к о в Б о р и с }

З у б о в В и к т о р }

В е р а } — журналисты.

П о л у я н о в Ю р и й — телекомментатор.

К о н с у л ь т а н т п р и п р е с с е.

О к с а н а — жена командира.

К о с м о н а в т, к о т о р ы й п о г и б.

О п е р а т о р Ц е н т р а у п р а в л е н и я.

Г р о м к а я с в я з ь. Пожалуйста, потише! Сразу после заседания Государственной комиссии — встреча экипажа с Главным конструктором.

Комната Главного конструктора на космодроме. По-домашнему уютно. Мягкие кресла, низкий столик. Портреты Циолковского, Королева, Гагарина. Горит настольная лампа. П а ш и н, ему за шестьдесят, но держится прямо, спортивен, приглашает Н и к о л а я и В а л е р и я войти.

П а ш и н. Вот здесь и поговорим. По-домашнему. Как принято. Не так ли, Николай?

Н и к о л а й (оглядывается). Ничего не изменилось, хоть и пять лет прошло…

П а ш и н. Ну что же, дорогие «Марсы», хочу еще раз вас поздравить. Так сказать, в неофициальной обстановке… Теперь уже вас никто снять с полета не может, никто… Поздравляю! Я очень рад.

Н и к о л а й. Только бы кирпич на голову не упал.

П а ш и н. Для вас насморк опаснее.

В а л е р и й. Было такое?

П а ш и н (смеется). К счастью, нет, но медики уже давно запугали меня… Чай, кофе?

Н и к о л а й. Кофе, пожалуй. Три месяца — ни капли. Медики считают, что возбуждает.

П а ш и н. Ох уж эти медики. А знаете, я тоже мечтал туда. Одиннадцатого апреля это было. Поднялся к кораблю, вышел на площадку. Степь кругом, солнце огромное, мохнатое какое-то и тишина. Думаю, полететь бы. Честно говоря, в душе надеялся, что смогу. А утром Гагарин. После него это чувство пропало: словно сам побывал там… Давно это было, а когда Главным стал — снова хочу. Завидую вам, по-доброму завидую.

Н и к о л а й. Я уходил оба раза хорошо. Гладко. Как на тренажере.

П а ш и н. Ну, не совсем. Пульс около сотни был. При втором старте… Больше волновался?

Н и к о л а й. Просто знал, на что иду.

П а ш и н. Второй старт всегда труднее. (Обнимает космонавтов.) Надеюсь я на вас, ребята. Очень надеюсь… Прошу об одном: без риска. Спокойно, надежно и без риска.

В а л е р и й. Там же разобраться надо…

П а ш и н (строго). Поэтому и без риска. Уже восемь экспедиций провели. Гладко, как и планировали. И никто не упрекнул бы нас, что работу со станцией закончили. А жаль… Крутится. И думаю, что еще нам послужит… В общем, уломал продолжить работу. Так что надеюсь на вас очень.

В а л е р и й. Значит, любой риск оправдан!

П а ш и н. Нет, дорогой, нет. Тот, что запланирован, достаточен.

Н и к о л а й. Думаю, что все будет нормално.

П а ш и н. Что-то ты с болгарским акцентом говоришь?

Н и к о л а й (показывая на Валерия). Он заразил…

В а л е р и й. В прошлом году отдыхал в Варне, оттуда и привез. По-болгарски как-то убедительнее получается.

П а ш и н. Ну, «нормално» так «нормално»… А я в отпуск предпочитаю по Сибири поездить. На Байкал, по Енисею, по Лене. Поверьте мне, старику, это лучше любого курорта, даже заграничного. Кстати, в прошлом году в Томске был. (Николаю.) Твой бюст видел, по-моему, неплохо. Самому-то нравится?

Н и к о л а й. Непривычно на себя со стороны смотреть.

В а л е р и й. О старушке расскажи…

П а ш и н. Какой старушке?

Н и к о л а й. Нелепый случай… Подхожу к бюсту, смотрю. Впервые увидел — на открытие не смог, а точнее, не захотел поехать: не люблю такие мероприятия… Значит, стою, вдруг вижу — старушка букетик цветов положила и начинает молиться. Бормочет что-то, будто за упокой души. Ну и не выдержал. «Бабуля, — говорю, — живой я…» Она глянула и такого стрекача дала, что догнать не мог… Рассказал ребятам в отряде, вот они и подшучивают.