Мы с нашим чувственным восприятием противоположного пола и окружающего мира, с нашим жизнелюбием, им, нашим детям с очевидным прагматичным и порой циничным подходом даже к непреложным ценностям (кстати, сформированным невниманием с нашей стороны), им, пережившим духовную деформацию, даже деградацию, порожденную девятым валом негативной информации, непонятны. Это больно, но это надо признать.
Мой недавний шапочный знакомый, столичный издатель, выпускающий жвачное и развращающее чтиво, не имеющее никакого отношения к истинной литературе, осознавая это, сохраняет собственное духовное здоровье следующим образом: утром и вечером, на сон грядущий, как противоядие, прочитывает по несколько страниц классики. Я все хочу спросить лицемерного отравителя: он верит, что богатство, нажитое подобной деятельностью, сделает его самого, его детей, внуков счастливыми?.. Он что же, забыл об обязательной расплате вплоть до четвертого колена?
Мне нравится версия о том, почему в Раю Адаму запрещено было вкусить плод древа Познания, в которой запрет обосновывается духовной неготовностью первого человека правильно распорядиться полученным знанием. Мне кажется, нынешнему поколению молодых подкинули плод новых знаний, не подготовив их духовно. И в том, как они поняли вкус отведанного, не их вина… В этом их крест, и очень нелегкий. Вот отчего я не тороплюсь их обвинять, хотя проще всего пойти по привычному пути восхваления собственной юности, а значит, и своего поколения, и себя, это ведь придает силы… Мы ведь черпаем жизненную энергию как из будущего бессмертия, так и из прошлого жизненного опыта… А еще хаять приходящих тебе на смену – это вполне естественно и объяснимо: кому хочется покидать лучший мир, а из худшего не жалко и уходить…
…Извини, если мудрено. Выплеснулось. Последнее время много думаю об окружающей бездуховности, завышенных претензиях бездарей, гламурной мишуры, накрывшей все таким толстым слоем, что истинного уже почти не видно. Но, может, так и должно быть. Господь ведь любит каждого человека, а значит все, что происходит с нами плохого, как нам кажется, сегодня, обязательно обернется лучшим в будущем. Моя бабушка говорила, все что делается, – к лучшему. Она была верующей, а я пионером-атеистом. Не соглашался. Спорил. А теперь вот признаю, она была права…
Конечно, приятно и комфортно, когда в стране есть миллионы людей, читающих толстые журналы или любящих, понимающих искусство и его значение, как это было в огромной стране Советов. Но так ли уж плохо, если их тысячи?..
Нет, конечно плохо… Атмосфера удушливая… Хочется свежести, очищающей грозы…
Но это другая тема…
В твоем альбоме я не увидел фотографии твоего мужа. Я не говорю об отце твоего сына… Я сам тоже не праведник, и знаю, что такое ревность, но унизить любимого человека словом и тем более насилием – значит уничтожить все отношения… Думаю, ты была права, что ушла. И наверное, ты его не любила… Но с тех пор столько лет прошло… Твоему сыну уже под тридцать?
Она
Все это время женщина, лежа на постели, читала толстую книгу, порой пролистывая страницы, забегая вперед и возвращаясь обратно, порой задумываясь, откладывая в сторону, иногда недовольно морщась, пытаясь понять прочитанное.
Наконец закрывает книгу, поднимается, выходит из комнаты. Возвращается одетая в строгий костюм, явно собираясь уходить. В это время звонит телефон. Снимает трубку.
– Привет, подруга! Хорошо, что позвонила… Как живу? Замечательно!.. Слушай, у меня уже несколько дней праздник.. Какой?.. Я свою любовь нашла!.. Да нет же, я не о старичке каком-нибудь, не радуйся… И при чем здесь Маркович? Он никогда мне не нравился… Ну и что, что прежде иначе говорила, это я аутотренингом занималась, настраивала себя, чтобы в первую ночь с кровати его не столкнуть… Зачем?.. Не задавай глупых вопросов. Ты не знаешь, каково с нелюбимым любовью заниматься. Скажи спасибо, что я тебя в свое время уберегла, для Гаврика сохранила. Он тебя всю жизнь на руках носит, да еще и собственную карьеру умудрился сделать. А вышла бы тогда за моего красавца, сейчас созерцала бы неудачника…
Ладно, закроем тему, действительно. Но это из Гаврика тебе удалось вылепить, что хотела, а из моего ревнивца замучилась бы… Да, живет один, последняя его тоже выгнала. А может, сам сбежал, не уточняла. Давай лучше не будем о нем, иначе мы с тобой разругаемся…
Слушает долгий монолог. Наконец, не без раздражения, перебивает.
Читать дальше