(Лорду Седрику) На свете нет ни правды, ни закона,
Хоть каждого на свете расспроси,
На свете нет души, чтоб без урона,
Страдают все – ты не один, мессир!
Над нами Бог. Страданья не напрасны.
Он все сочтет в положенный нам срок.
Вот эль – глотни, покуда все не ясно.
И станет легче… Ну, ещё глоток!
Лорд со свитой собираются вокруг менестреля и слушают его песню.
Менестрель: (поёт)
Печальна песнь о чувстве безответном,
И лютни звук тоскует и дрожит,
Ярка любовь, как камень самоцветный,
Но вкус её на донышке горчит.
Одной Любви я знаю утешенье,
О ней доселе Ангелы поют,
Любовь земная – только отраженье,
Людское сердце – временный приют.
Оставьте мёртвым погребенье мёртвых,
Любовь земная – только сладкий сон,
И нет её у бедняков и лордов,
Она – за гранью, у Творца времен…
Из толпы с разных сторон доносятся крики.
Эй, менестрель, опять грустить заставил!
Всё нас расстроить будто норовишь!
Такие песни в праздник – против правил,
Пойдем станцуем, что один сидишь?
Негоже думать о плохом да грустном,
О сложном думать – лопнет голова…
Хоть наши песни и не так искусны –
В них более веселые слова… (смеются)
Крестьяне поют и танцуют.
Скорее, скорее на праздник спеши!
Стряхнешь ты здесь скуку и тяжесть с души!
Окончена жатва – велик урожай!
Играйте, свирели! Эй, скрипка, играй!
И старый, и малый – на площадь иди!
Танцуй веселее – труды позади!
Кто знает, кто знает, что каждого ждет –
Танцуй же, покуда беда не придет…
Музыка звучит тише. Танцоры движутся все медленнее, с последними словами совсем останавливаются. Все находящиеся на сцене замирают на своих местах. Свет гаснет.
Лорд Седрик
Джон
Леди Элизабет
Тибо
Леди Элизабет стоит на верхней галерее справа, слушает разговор Лорда Седрика и Джона, никем не замеченная. Тибо стоит на верхней галерее слева, слушает разговор Лорда Седрика и Джона, никем не замеченный.
Лорд Седрик:
(Джону) Что думаешь, мой старый верный друг,
О вести, что гонец вчера принес?
Не только я хозяин и супруг,
Я также воин. Делать что – вопрос…
Оставить замок опасаюсь я,
Узнает это Грегори – беда!
Здесь остаются челядь и семья,
А с ним давно – то войны, то вражда…
И зовом Ричарда не в силах пренебречь,
Он мой король, а я его вассал.
Пойти в поход иль замок свой сберечь?
Труднее я вопроса не решал…
И в тоже время длительный поход
Поможет сердцу пламя потушить.
Каков бы ни был у него исход, -
Все лучше, чем с пожаром этим жить!
Ты знаешь, друг мой, брак спасеньем был.
Отец оставил только долг и честь.
Как ни старался я, любовный пыл
Не смог разжечь. Оставил все, как есть.
Моя жена умна не по годам.
Смиренно терпит скорбный наш союз,
Хоть знает точно – сердца не отдам.
Мы оба пленники. В плену у брачных уз.
Я верен ей, моей Элизабет,
Но в сердце глубоко царит одна…
Ты знаешь, Джон, печальный мой секрет.
Я эту чашу буду пить до дна.
Даюсь я диву, сколько чистоты
В её глазах. А как она поёт…
Хоть нету в ней особой красоты –
Но в каждом жесте музыка живет.
Её отец, кузнец, благочестив,
Сумел, как надо, дочку воспитать,
От всяческих пороков оградив, –
Получше, чем порой родная мать.
Я знаю, Анну любят всей душой
И стар, и млад. И звери жмутся к ней.
Она не знает о любви иной,
Чем все любить, что дышит. Тем больней.
Ты знаешь, Джон, решенье принял я
Смотреть издалека на красоту.
Мой долг – сраженья, замок и семья.
Ничем не оскорблю я чистоту.
Лорд Седрик ходит, думает.
Послушай, Джон, пока я говорил,
Решение созрело. Выбор есть.
Пойду сражаться, сколько хватит сил,
За гроб Господень – слава то и честь.
А Грегори, надеюсь, не возьмет
Наш замок штурмом. Он же не дурак.
Коль сунется, он смерть свою найдёт.
Бойцов оставлю. Если уж до драк
Дела дойдут, не дрогнет рать моя.
Она верна. И все – как на подбор –
Сильны, ловки… И добрые друзья.
Да, решено. Они дадут отпор.
Джон:
А как же, лорд, жена? Элизабет?
Не любишь ты – но для неё удар
С тобой расстаться. Уж позволь совет
Мне дать. Зачем спешить, как на пожар?
Уж третий нынче, кажется, поход?
А толку мало – больше беготни.
Пойдешь ты завтра или через год –
Читать дальше