Коллектив авторов - Либретто опер

Со всех сторон на поляну стекаются друиды. Окружённая жрицами, появляется Норма. В венце из вербены, с золотым серпом в руках, величественная и прекрасная, торжественно поднимается она на жертвенный камень и застывает в неподвижности.

Полным блеском сияет луна, струя свой свет на вдохновенное лицо вещей жрицы.

То верою в счастье с любимым и страстным стремлением спасти его, отстояв мир, то угрозой ревности к охладевшему возлюбленному звучат пророчества… Но надежда, вечно живущая в сердце человеческом, побеждает: именем богов повелевает всесильная Норма хранить мир. В знак исполнения воли богов золотым серпом срезает она ветви омелы.

Обряд окончен. В опустевшей роще у подножья Ирминсула в скорбном покрывале склонилась одинокая фигура женщины. Это

Адальджиза. Она просит богов спасти её от преступной любви к римлянину, уберечь от страсти, с которой сама уже не в силах бороться. Возвратившийся Поллион застаёт молящуюся девушку в слезах. Обольстительно и нежно говорит он ей о своей любви, о том, как счастливы будут они в Риме, куда его срочно отзывают. Покорённая страстной настойчивостью и мольбами любимого, Адальджиза соглашается на побег.

Картина вторая. Как затравленная львица, мечется Норма в своих покоях. Горе, страшное, беспощадное горе обрушилось на неё: Рим срочно призывает своего проконсула на родину, и Поллион спешит тайно покинуть Галлию, бросая возлюбленную и детей на произвол судьбы.

Гнев, страсть, отчаяние — вихрь чувств превращает всемогущую жрицу в мучительно страдающую женщину. В отчаянии бросается она к детям и тут же, трепеща от ужаса, отталкивает их: даже малютки стали теперь для неё источником боли!..

Верная Клотильда, по просьбе матери, уводит детей.

В распахнувшихся настежь дверях появляется Адальджиза. Она в смятении. Не смея приблизиться, девушка в нерешительности останавливается… По искажённому страданием лицу и трепету рук вошедшей Норма убеждается, что это юное существо пришло к ней искать защиты и утешения.

На коленях перед старшей жрицей Адальджиза кается в смертном грехе, в страшном преступлении: она полюбила… полюбила врага, римлянина… Одному богу известно, как боролась она с этим чувством, но силы её иссякли… Околдованная страстью, она согласилась бежать с ним, навсегда покинув храм и родину!..

Чувства и терзания девушки близки и понятны Норме: не так ли и она, преступив клятву, изменила ради любви к чужеземцу?!

Забывая о собственных страданиях, она готова помочь чужой любви, готова простить кающуюся и даже разрешить её от обета безбрачия… но кто он? Входит Поллион, и с наивной гордостью Адальджиза указывает на него…

Словно молнии метнул в проконсула грозный взгляд Нормы: прочь, презренный! Предатель, бросивший своих детей, не достоин ничего, кроме проклятия!

С ужасом узнаёт Адальджиза страшную тайну. Нет, лучше смерть, лучше вечные мучения, но никогда не отнимет она у детей их отца! Никогда не станет даже невольной причиной страданий благородной Нормы!

Звон священного щита призывает жрицу в храм.

Действие второе. Картина первая. В покоях матери, на ложе, покрытом медвежьей шкурой, спят дети. Бесшумно со светильником в руке появляется Норма. Бледная, измученная недобрыми думами, склонилась она над спящими. Мысль о детях не даёт ей покоя: здесь им угрожает казнь, в Риме — рабство… Рабы у мачехи — что может быть ужасней'?! В отчаянии

Норма решается лишить их жизни. Выхватив кинжал, безжалостно заносит его над спящими сыновьями… но силы изменяют ей, и, вскрикнув, она в ужасе отступает.

Проснулись испуганные малыши. Судорожно сжимая их в объятиях, Норма рыдает.

Великое чувство материнской любви одерживает верх над оскорблённым самолюбием женщины. Призвав Адальджизу, Норма благословляет её на брак с Поллионом и поручает ей своих детей: отныне Адалъджиза должна заменить им мать… Не богатства, не знатности, а лишь любви и свободы просит Норма для своих сыновей.

Холодом смерти повеяло на девушку от полных отречённости слов Нормы… Не смея принять страшной жертвы, Адальджиза клянётся возвратить Норме любовь Поллиона и детям — отца. Решительно направляется она в стан римлян, надеясь мольбами смягчить сердце Поллиона и, пробудив в нём чувство долга и угрызения совести, вновь воскресить его любовь к Норме.

Картина вторая. Пустынное место, окружённое пропастями и пещерами. Вдали холодным блеском отливает озеро. Каменный мост, повисший над ним, чуть виден во мгле.