Аширмурад Мамилиев - Пьесы

М а р и я. Да уж вы посмотрите! По себе знаю. Сначала наобещаете с три короба, а потом — одни переживания!

К у р б а н - Т и л ь к и ч и (Сахрагюль) . Я-то тебя понимаю, голубка! Вечно одна. И детей у тебя нет… А теперь еще этот приказ…

С а х р а г ю л ь (настораживается) . Какой приказ?

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Твой муж получил приказ уничтожить Мердана-Пальвана.

С а х р а г ю л ь. Моего брата?! Аллах, аллах!

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Приказ есть приказ.

С а х р а г ю л ь. О аллах, помоги нам! (Убегает.)

М а р и я. Сахрагюль, постой! Товарищ Тилькичиев, ну как вы могли?! Эх!

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Мария, ты можешь идти домой, поздно уже.

Мария молча выходит. Курбан-Тилькичи подходит к окну, смотрит вслед ей.

Открывается дверь, в комнату входит М у р а д - Г ю р з а.

М у р а д - Г ю р з а. Салам алейкум, хозяин.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и (недовольно морщится) . Тише. Какой я тебе тут хозяин, скотина?! Или ты забыл, как надо обращаться ко мне?

М у р а д - Г ю р з а (ухмыляется). Здравствуй, товарищ Тилькичиев! Здравствуй, советский начальник!

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Здравствуй, Мурад, здравствуй. Я ждал тебя вчера. Какие новости, Мурад?

М у р а д - Г ю р з а. От великого хана приехал человек. Хан говорит, ему нужно триста лошадей и люди! Люди, люди! Оружие есть — английское!

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. «Великий хан, великий хан»! Отсиживается за хребтом. Уснул! Когда он наконец ударит?

М у р а д - Г ю р з а. Как только накопит силу, как только объединит вокруг себя все отряды, которые действуют в Туркмении против большевиков.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Он упускает момент. Завтра от этих отрядов не останется и следа!

М у р а д - Г ю р з а. Что-нибудь случилось?

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Да, случилось. Многое случилось. Большевики организуют по всей Туркмении свои отряды. Здесь у нас Гельды-Батыр через три дня возглавит пятьдесят всадников — краснопалочников.

М у р а д - Г ю р з а. У-у, шайтан!

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Сколько у тебя парней, на которых ты можешь положиться?

М у р а д - Г ю р з а. Два десятка, не больше. Остальные — стадо, сброд. Жалкие трусы. От одного гневного взгляда Мердана-Пальвана будут три дня лежать, обняв пески, затаив дыхание. Они — с ним, не со мной. Увидишь, рано или поздно этот хромоногий станет нашим заклятым врагом.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Мурад, ты разговариваешь с ним, значит, должен знать, что у него в душе. Или Пальван не делится с тобой?

М у р а д - Г ю р з а. Он не доверяет ни мне, ни великому хану. Когда я предлагаю ему предпринять что-нибудь серьезное, он отмахивается, говорит: не трогайте тех, кто не трогает нас. Он днями молчит, все думает, думает. О чем? Я не знаю. Сердцем он не с нами. Убрать бы его сейчас! И тогда, считай, нам достанется двести его всадников. Двести джигитов станут на сторону великого хана. Им некуда деться.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Гельды-Батыр и русский комиссар хотят идти к Мердану-Пальвану и предложить ему мир. Как только они отправятся в пески, я сообщу тебе. Надо сделать так, чтобы они не вернулись назад. Любой ценой! Пока они живы, я бессилен. Хромоногий может снюхаться с ними и прийти в город для переговоров. Если тебе не удастся прикончить их там и Мердан-Пальван появится с ними здесь, я сделаю все, чтобы он больше не вернулся в пески. А ты будь начеку. Учти: если хромоногий задержится в городе хоть на один день, ты возглавишь его ребят.

М у р а д - Г ю р з а. Хорошо, Курбан-ага. А если Гельды-Батыр и русский комиссар не вернутся от нас, постарайся стать во главе их отряда. И тогда дни этого отряда будут сочтены. Если нам будет сопутствовать удача, отправишь в Гум-гиден к Рябому Оразу надежного человека с письмом для великого хана. Напиши ему: пусть ждет нас — двести всадников. Пригоним лошадей, пригоним скот.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Только учти, Мурад, у меня не две жизни, одну из которых я могу пожертвовать большевикам.

М у р а д - Г ю р з а. Об этом не беспокойся, Курбан-ага. Если тебе придется трудно, дай мне знать. Я не оставлю тебя в беде, лишь бы голова моя была на плечах.

К у р б а н - Т и л ь к и ч и. Спасибо, Мурад-джан, иного ответа я не ожидал от тебя. Теперь иди. И да поможет тебе аллах!

М у р а д - Г ю р з а. Ты живешь в стане наших заклятых врагов, Курбан-ага! Пусть всевышний аллах позаботится, чтобы ни один волосок не упал с твоей головы!

Обнимают друг друга.

З а н а в е с.

Пустыня. А т а - Т ю р к и С а п а р лежат в дозоре.