Иван Косолапов - Мир Мрака 2037

Лица я не успел разглядеть, но это было только временно.

Данная картина, конечно, испугала меня, но я пришёл в ещё больший ужас, когда обернулся: они гнались за нами. И главное, они не отставали!

Их скорость была просто невообразима. Руки и ноги передвигались в бешеном ритме, настолько быстро, что я успевал замечать только расплывчатые пятна на их местах.

А вот это уже действительно плохо.

Гул в ушах усилился. Мозг отказывался воспринимать окружающий мир только из-за него: слишком большое отвлечение. И главное, чем больше за нами начинало бежать тел, тем громче становился этот звук.

Не-ет, на вторую подобную штуку я не поведусь!

Попытавшись сконцентрироваться, я попробовал продумать план действий. Как мне их уничтожить, они же бегут сзади, а на такой угол пулемёт не развернёшь. Додуматься в тот момент взять автомат и развернуться самому мне не хватило ума.

Я бессмысленно пытался развернуть РПК в сторону наступающих бестий, однако ничего из этого не выходило. Разум снова затуманился звуковым фоном.

Вдруг справа от кузова возникла одна из четырёхконечных фигур. Лица на ней не было, то есть вовсе. Складывалось такое впечатление, словно оно завуалировано ещё один слоем кожи. О Господи, что же произошло с ними. Но на тот момент я не думал о подобном.

Инстинкт сработал сам: как только в зоне обстрела попалась цель, я вдавил гашетку.

Расшвыряв по сторонам пол-лица, крупнокалиберные пули полетели дальше. А обезглавленное тело полетело назад, прямо на своих собратьев.

Тут я почувствовал, что гул на секунду прекратился. Лишь одной секунды мне хватило, чтобы понять, что нужно сделать.

Выхватив гранату, я рывком вырвал чеку и повернулся на 180 градусов.

Ох, как же не вовремя одному из безликих приспичило кинуться на багажник, а точнее, на меня.

Туша весом примерно в пятьдесят кило сбила с ног и повалила на рифлёный металл. Граната, конечно же, выпала из руки и покатилась под запечатанный в целлофан короб с патронами, ну что ж, вроде пять секунд отведено. Навряд ли получится справиться за три. Но надо постараться.

Резко выхватив тесак, слава его я додумался повесить поверх комбинезона, пусть и в другом чехле, я вонзил огромное лезвие мутанту в глотку и приподнял его над собой. Крови не было, ничего не было, лишь непонятная чернота внутри и как будто раскрытый, под кожной вуалью, в истошном крике рот. Но я не слышал ничего, кроме пронзительного писка у меня в голове. Однако теперь моя рука механически потянулось за РГД, и рывком выбросила за борт. Я даже не думал об этом, всё произошло само.

Взрыв раздался сразу.

Это явно отвлекло сидящего на мне монстра и я, воспользовавшись моментом, резко вдавил нож в горло мутанту по самую рукоять, вроде лезвие даже с другой стороны вышло. Он истошно завопил, но звука не было, его вопль вовсю разгуливал у меня в голове. Будто кол всадили в темя, и теперь вся черепная коробка расходилась по швам. От необузданной боли я сам застонал, а после и закричал, при этом поворачивая лезвие вправо.

Получилось так, что тесак вошёл ему в горло как бы под углом, а если точнее: «блином». И теперь, поворачивая рукоять влево, я разрезал ему горло с правой стороны.

Скоро показался наконечник, а после и малая часть грани. Мы продолжали валяться на рифлёном металле и кричать что есть сил. Он – у меня в голове, я – у себя в противогазе. Скорее всего, ему даже не было никакого дела до моего визга: ни глаз, ни ушей я у него не заметил.

Стёкла запотели, я ничего не видел вокруг. Однако когда мои руки внезапно потянуло в сторону и вниз, а гул в голове чуть приутих. Я понял, что дело сделано.

Я попытался протереть их, но ничего не вышло, хотя и не должно было, ведь надо делать это изнутри… Эх, ну что ж, тогда, придётся подождать, пока воздух в баллоне сделает своё дело. А интересно, сколько его там ещё осталось… А хотя какая разница…

Спустя минуту я приподнялся на локте. Из туманной дымки больше не вырывались паукообразные существа, стремящиеся в нашу сторону. Всё, нас больше никто не преследовал. Выкидывать из кузова тело с изувеченной шеей мне было лень, поэтому я просто лёг обратно. Мне почему-то казалось, что на ближайший час для нас всё будет хорошо. Такое умиротворение наступило в душе, что я сам удивился. Хотя, кому я вру, я был настолько морально измотан, что для удивления в моих чувствах не хватало места.

Я лёг и прикрыл глаза.

Не знаю, сколько я дремал, наверное, недолго, потому как, когда открыл их вновь, никой разницы между той моей усталостью и теперешней не почувствовал. Разве что нервы успокоились.