Эйдзиро Хисаита - Крах

Массажист. Шутить изволите, госпожа. Вы еще хоть куда…

О-Маки. Вы, стало быть, знали прежнего хозяина?

Массажист. Да, постоянно ему докучал.

О-Маки. И содержанку его знали?

Массажист. Да… А вы, госпожа, тоже знавали прежнего хозяина?

О-Маки. Понаслышке… Говорят, она была очень миленькая, эта его любовница?…

Массажист. Да, все хвалили ее красоту. А уж как хозяин ее любил! Рассказывали, бывало, выпьет он, посадит ее к себе на (колени и всю обцелует.

О-Маки (небрежно). Фу, гадости!

Массажист. Хороший человек был покойный хозяин, обходительный. Поедет по делам в Токио и везет ей оттуда подарки – кимоно, пояс… И с какими узорами! Редко бывает у мужчин такой вкус… О, что с вами, госпожа?

О-Маки (чувствует, что выдала себя с головой, озирается вокруг, видит, что никого нет, и облегченно вздыхает). Да нет, ничего… Здесь, говорят, есть еще несколько гостиниц. Интересно, какова у них репутация?

Массажист. Да, здесь всего восемь гостиниц, но эта самая лучшая. Комнат, правда, немного, но хозяин, когда был богат, великолепно все отделал, специально для этой своей любовницы. Она и ее мать, гейша, давнишняя подружка хозяина, вдвоем ухаживали за господином, да как ухаживали!

О-Маки (невольно поддавшись искушению). В таком случае остается лишь пожалеть его законную жену.

Массажист. Между нами говоря, госпожа, у нее, как я слышал, был очень дурной характер. И к тому же фанатичная христианка.

О-Маки с трудом сдерживает гнев.

На лестнице справа появляется Кэнскэ.

Кэнскэ (громко приказывает горничным). Ты иди к нижнему бассейну… А ты поищи возле пруда. (Входит в комнату.)

О-Маки (с тревогой смотрит на Кэнскэ). Что случилось?

Кэнскэ. Э-э… Я думаю, скорее всего, обознались…

О-Маки. Что-нибудь с Сэцуко?

Кэнскэ. Да нет… Вздор… Один наш постоялец только что вернулся с прогулки и утверждает, будто видел на самом верху утеса девушку, вроде бы похожую на барышню… На том самом утесе, где вчера произошло самоубийство…

О-Маки. Ч-что?! (Вскакивает.) На утесе… Моя девочка…

Конторщик (входит). В саду не нашли. (Уходит.)

О-Маки (взволнованно). Где этот утес?… А-а, что же это, в самом деле?

Кэнскэ. Я уже послал туда людей.

О-Маки. Надеяться ни на кого нельзя… Ну же, быстрей… Как ты можешь оставаться спокойным?… Не любишь ее? А если случится непоправимое, что будешь делать? (Уходит неверными шагами направо, по направлению к лестнице.)

Массажист некоторое время сидит неподвижно, потом, усмехнувшись, удаляется.

На смотровой площадке появляются Сэцуко и Кадзуо.

Сэцуко (задыхаясь от волнения). Она хочет, чтобы я вышла за Кэнскэ, и собирается дать мне в приданое эту гостиницу. Говорит, что через суд вынудит Кавасаки согласиться на развод. Дело уже поручено адвокату.

Кадзуо. Хм-м.

Сэцуко. Маму словно подменили в последнее время. А уж когда заходит речь о моем замужестве, она совсем теряет рассудок. Не знаю, что она сделает, если я откажусь… Иногда меня прямо в дрожь бросает от одного ее вида… А я ни на что не могу решиться. Как увижу ее, одинокую, всеми брошенную, даже сыновьями покинутую, такая жалость берет… Сколько раз, пересиливая себя, я мысленно соглашалась выполнить ее волю, чтобы она не терзалась, но не могу. Никак не могу… Признаюсь тебе, что согласие Кавасаки на развод у меня есть, но я его прячу. Вот оно! (Достает из-за ворота кимоно конверт.)

Кадзуо (разглядывает бумагу). Кавасаки прислал?

Сэцуко. Я виделась с ним.

Кадзуо. Где?

Сэцуко. В токийской полиции. Он арестован. (Стараясь скрыть волнение, медленно спускается по ступенькам.)

Кадзуо (машинально следуя за ней). Гм-м…

Сэцуко. Я передала ему тридцать иен. Родных у него нет, товарищи все сидят, некому даже принести передачу. У меня была тысяча иен, но в полиции принимают лишь мизерные суммы… Знал бы ты, чего мне стоило выпросить эти деньги у мамы! Я пообещала выполнить все ее условия. Хотелось помочь ему…

Они сходят с последней ступеньки.

(Приоткрыв калитку, осторожно заглядывает в комнату.)

Ее нет… Интересно, куда это она пошла?

Кадзуо (стоит так, чтобы его было не видно из флигеля). Я не хочу ее видеть.

Сэцуко. Зачем ты так? Тебе надо с ней помириться. У меня здоровье неважное… Если вы с мамой снова будете вместе, ей станет спокойнее на душе. Я уверена, что она уже все забыла.

Кадзуо. Мне тоже жаль, что я тогда наговорил лишнего… Но в следующий раз, только не сегодня.