Григорий Горин - Избранное

Мор. Боюсь, что если вы, любезнейшая Нэн, мечтаете о том, чтоб возродить сегодня в Англии и дух искусств, и нравственность, и веру в могущество ума пред грубой силой, то вы слегка опередили время… Лет на пятьсот! Ведь люди и до вас мечтали о таком расцвете! А сколько раз случалось это чудо?.. У древних эллинов… У римлян – ненадолго! А дальше – варварство! И тьма над всей Европой! И к ней привыкли все…

Анна. Вы тоже? Вы, создавший дивную страну – Утопию?

Мор. Да, создал! Для себя! Чтоб было где скрываться, хотя б в мечтах от безобразья жизни…

Анна. Итак, вы – безнадежный пессимист?

Мор. Ну почему ж?.. Сейчас прослушал вас и вдруг увидел искорку надежды…

Генрих. Спасибо и на том! А что молчит поэт? Где новые стихи, любезный Уайет? Вы их не пишете?

Уайет. Пишу. Но не спешу публиковать…

Анна. Но почему? Иль в Англии бумаги не хватает?

Уайет. Достаточно! Но тюрем тоже. И как-то мне приятней быть неизвестным стихотворцем, чем знаменитым узником…

Анна. Все это в прошлом! А сегодня никто не смеет в Англии карать за слово… Верно, Генрих?

Генрих. За слово – никогда! И слово короля – тому порука! (Засмеялся.) Вот слово за слово – и вышел каламбур! Как видите, мой друг, я тоже увлекаюсь словесною игрой… Хотя перед поэтом склоняю голову!

Анна. Читайте же… Король вас просит!

Уайет. А вы?

Анна. Ну, разумеется… Я ваша давняя поклонница…

Уайет (нерешительно начинает чтение, глядя на Анну, но, увлекаясь, читает страстно, обратясь к королю) .

Норфолк (Смитону, тихо) . Не педераст?

Смитон. Ну что вы! Наоборот.

Генрих. Вы чем-то, Норфолк, недовольны?

Норфолк. Доволен, но не понял.

Анна. Зачем вам, дядя, понимать? Стихи обращены не к вам!

Норфолк. Не знаю… И вообще, зачем – «убийцы»… «грабеж»? Да еще в рифму?

Уайет. Я могу разрифмовать, если прикажут.

Генрих. Перестаньте, Уайет! Никто вам приказывать теперь не смеет! Прекрасные стихи! Велю публиковать.

Появляются кардинал Вулси, епископ Фишери Кромвель.

А вот к нам – вестники судьбы! Из Рима… Что скажет кардинал? Что передал нам папа?.. Где посланье?

Вулси (нерешительно) . Ваше величество… мы бы просили вас… принять нас позже… Я, епископ Фишер и Кромвель, секретарь… мы подготовили доклад…

Генрих (нервно) . Какой доклад? И так уж все известно… Молва плывет быстрее корабля!

Вулси. Я за молву ручаться не берусь! А вот посланье папы хотелось вручить наедине!

Норфолк (недовольно) . Перечить королю?! Вот за такие вещи… при Генрихе Шестом рубили языки… а иногда и руки, ноги… пальцы!

Генрих (строго Норфолку) . Все сказали?

Норфолк. Все.

Генрих. Теперь ступайте!.. (Гостям.) Вы, мои друзья, пройдите в залу. Там зажжен камин! Продолжите беседу… Мы ознакомимся с посланьем Ватикана, затем вас пригласим… (Гости уходят. Генрих останавливает Уайета.) Хорошие стихи… Там строчку переделать – будет чудо! Я подскажу где…

Уайет (вспыхнув) . Счастлив буду, сир!

Уходит.

Генрих. Ну, слушаю вас, кардинал!

Вулси (посмотрев на Анну) . Вы обещали нам… наедине!

Генрих (в гневе) . Зачем испытывать мое терпенье? Меж мужем и женой нет тайн! А между королем и королевой – тем более!

Вулси. Ваше величество, все так… и несомненно… Но нет пока ни королевы, ни жены…

Пауза.

Генрих (неожиданно сник) . Так. Кончаем этот идиотский велеречивый тон. Говорим ясно. Понятно. Коротко. По моим сведениям, папа дал предварительное согласие на развод…

Вулси (делово) . Совершенно верно.

Генрих. Вы были у него?