Семен Надсон - Полное собрание стихотворений

В мире были счастливцы, – их гимны звучали,
Как хвалебные арфы бесплотных духов;
В этих гимнах эдемские зори сияли
И струилось дыханье эдемских садов;
В этих гимнах – как в зеркале сонного моря
Отражается небо и склон берегов –
Отразились и слезы блаженного горя,
И мечты, и желанья их дивных творцов.

Полюбить ли случалось им – сила искусства
Помогала им в каждую душу влагать
К их избранницам те же горячие чувства,
Тем же сладким недугом весь мир волновать;
Имена их избранниц хвалой становились
И в ряду знаменитых и славных имен,
Сквозь бессильную давность годов, доносились
Невредимо и свято до наших времен.

Милый друг, твой певец не прославлен хвалою
И тебя не прославит любовью своей,
Но зато и живет он и дышит тобою,
И на славу не сменит улыбки твоей…

Погоди: угаснет день,
Встанет месяц над полями,
На пруду и свет и тень
Лягут резкими штрихами.
В сладкой неге сад заснет,
И к груди его, пылая,
Полночь душная прильнет,
Как вакханка молодая, –
И умчится смутный рой
Дум, страданья и сомненья,
И склонится над тобой
Этой ночи дух немой –
Тихий гений примиренья…

На западе хмурые тучи
За хмурые горы ползут,
И молнии черные кручи
Мгновенным лобзанием жгут,
А справа уж, чуждая бури,
Над гранями снежных высот,
В сияющей звездной лазури
Душистая полночь плывет…
Еще не затихли страданья
В душе потрясенной моей,
А счастье и мир упованья
Уж робко ласкаются к ней;
И после порывов мученья,
Минувших с минувшей грозой,
Ей вдвое дороже забвенье
И вдвое отрадней покой…

Вы смущены… такой развязки
Для ежедневной старой сказки
Предугадать вы не могли, –
И, как укор, она пред вами
Лежит, увитая цветами…
Не плачьте ж – поздними слезами
Не вырвать жертвы у земли!

Пусть нас давят угрюмые стены тюрьмы, –
Мы сумеем их скрыть за цветами,
Пусть в них царство мышей, паутины и тьмы, –
Мы спугнем это царство огнями.
Пусть нас тяжкая цепь беспощадно гнетет,
Да зато нет для грезы границы:
Что ей цепь?.. Цепь она, как бечевку, порвет
И умчится свободнее птицы.
Перед нею и рай лучезарный открыт,
Ей доступны и бездны морские,
И безбрежье степей, и пески пирамид,
И вершины хребтов снеговые…
В наши стены волшебно она принесет
Всю природу, весь мир необъятный, –
И в темнице нам звездное небо блеснет,
И повеет весной ароматной!
Нам прожить остается одну эту ночь,
Но зато – это ночь наслажденья,
Прочь же мрачные думы и слезы, – всё прочь,
Что рождает тоску и сомненья!..
Мы на пир наш друзей и подруг созовем.
Заглушив в себе стоны проклятий,
И в объятьях любви беззаботно уснем,
Чтоб проснуться для смертных объятий!
И да будут позор и несчастье тому,
Кто, осмелившись сесть между нами,
Станет видеть упрямо всё ту же тюрьму
За сплетенными сетью цветами;
Кто за полным бокалом нам крикнуть дерзнет,
К нам в слезах простирая объятья:
«Братья, жадное время не терпит, не ждет!
Утро близко!.. Опомнитесь, братья!»

В роще зеленой, над тихой рекой
Веет и вьется дымок голубой
И, от костра подымаясь, столбом
Тихо плывет над соседним кустом.

Белая полночь тиха и ясна,
В воздухе вкрадчиво веет весна,
Веет и нежит, и к жизни зовет,
Нежит, ласкает и песню поет.

Чудная песня! Прислушайся к ней:
«Смолкните слезы и стоны людей,
Я, как вакханка, вернулась к земле
С чашей в руках и венком на челе…»

Прелестная, полунагая,
С венком на мраморе чела,
Она, как пери молодая,
В наш мир из тихой сени рая,
Стыдясь и радуясь, сошла.
За колесницей триумфальной
Она, ликуя, шла вослед,
Над прахом урны погребальной
Роняла песню и привет,
Любовь и радости венчала,
Чаруя музыкой речей,
И за столом, под звон бокала,
Заздравным гимном оживляла
Кружок пирующих друзей.
Везде, где речь лилась людская,
Ей было место и почет,
И мир встречал, благословляя,
Ее божественный приход;
И фимиам, и лавр, и клики
Народ нес в дар ее жрецам,
И с тайной завистью владыки
Внимали пламенным певцам!..