С песнями и свистом
он так славно мчался!
ПОДОЖГЛИ —
И СПРЫГНУЛИ.
ТОЛЬКО Я ОСТАЛСЯ…
Мы ходим по земле.
Мы дышим. Нам тепло.
А там, на глубине —
Темно и тяжело.
Там холода шипы,,.
Удушья липкий яд…
А что бы отдал ты,,.
Что б их вернуть назад?
– " Я б отдал дом…»
– " Я – глаз!»
– " А я бы жизнь – на кой?!»
…А их никто не спас
В тот август роковой…
Лепилась ложь на ложь,
Бодрился адмирал.
И материнских слёз
Никто не замечал.
Тянулись злые дни
Отталкиванья рук…
А там, на душном дне —
Твой сын, твой брат и друг!
И нам покоя нет,
Пока, прощая зло,
Мы ходим по земле,
Мы дышим. Нам тепло…
Я так редко молюсь —
но сейчас, но сейчас,
в это летнее утро —
услышь меня, Бог!
Всё плохое,
что ты приготовил для нас —
Только мне,
слышишь – МНЕ —
Дай, пожалуйста…
Боль
я привыкла терпеть,
молча слёзы глотать…
Я привыкла
всегда оставаться одна…
Но зачем Тебе девочка?!
Ей ли страдать?..
Пусть спокойно и радостно
дышит она…
Пожалей её душу;
не мучь и не жги
раскалённым железом
свирепых страстей!
Хочешь – сердце моё
к алтарю пригвозди —
но не трогай хотя бы
невинных детей…
Это – злая молитва…
Но врать – не хочу!
Будет День-Без-Вранья.
Будет Жизнь-Как-Любовь.
Посмотри мне в глаза —
как я молча кричу…
А теперь —
инструменты свои
приготовь…
Молюсь за жестоко страдающих —
забытых, больных, умирающих,
теряющих веру и стыд…
О, пытки средневековые!
О, страхи и горести новые!
Неужто ЗАБВЕНИЕ – щит?
Что, если б сказали мне ангелы —
«Отдай своё счастье недавнее,
возьми их страданья и боль!» —
Ни сил не хватило б, ни совести
сюжет изменить своей повести,
и взяться за страшную роль…
Я вижу мечи вознесённые,
и лица, в молитвах склонённые…
…Стать сволочью мне не позволь…
16.08.11.
Кто ребёнка брал из колыбели…
Кто ребёнка брал из колыбели —
маленького, тёплого – к груди —
разве не погибнет от потери
самой лучшей на земле любви?
Разве даст отравленную воду
тысячам других, чужих детей?
Разве пустит бегать в непогоду
умирать от ядерных дождей?
Те, чужие – мёрзнут на вокзалах,
маются в присутственных местах…
И не раз бывают на авралах
хлопкоРОБАМИ в хлопкоРАБАХ.
Тех, чужих, однажды возвращают
матерям – без рук, без ног, слепых…
Ах, да что там! Разное бывает…
Только лишь для НАС, а не для НИХ.
30.11.88.
В трамвае, в конторе, в больнице
…Они говорят многословно
и вроде сумбурно чуть-чуть…
Они – извиняются словно
за трудный и долгий свой путь;
за то, что уходят их силы,
а были – не то, что у нас;
за то, что любили Россию,
и в горе – не прятали глаз.
В трамвае, в конторе, в больнице —
как гости нездешних миров…
Прикрикнут в их тихие лица-
всё станет понятно без слов…
Так значит – напрасно всё?!.. Значит
Утрачена вера в добро?!
Не плачет старушка… Я плачу
над поздним сиротством её…
Меня пригласили на свадьбу… Ага…
– Купи себе платье красивое!
Я жду того дня… Как я жду того дня!
Опять – невозможно счастливая!
…Но свадьба прошла от меня далеко,
И новое платье – не куплено…
Я джинсы надену, куплю молоко —
Ненужная. Жалкая. Глупая.
Лишь ты, мой единственный друг, для меня —
Находишь слова долгожданные…
Я жду того дня… Как я жду того дня!
Смешная… Наивная… Странная…
29.08.11. Станция Песочная.
Выжигают Вологду – выжиги —
без стыда, без боли и совести…
Поджигают даже с детишками!
Ничего печальнее повести…
Ненавидят бедную родину,
презирают славное прошлое —
жадные и злые уродины…
Мелочные. Подлые. Пошлые.
Читать дальше