Что на город ночь садится, словно филин за окном.
Утром, вечером и днём ночь тихонько входит в двери,
Ноги вытерев у входа, будто опасаясь встретить
Лучик света, который прыгал час назад по одеялу…
Утром, вечером и днём думай только об одном —
Как ночами страшно воет ветер, что живёт в трубе,
Как врывается он в окна, с криком разбивая ставни…
Листья жёлтые прилипнут к мёртвому от слёз стеклу…
Не хочу я ночью думать о тревожных страшных сказках,
Буду молча засыпать я… Утром, вечером, и днём.
Вы – поводырь, а я – слепой старик.
Вы – проводник.
Я еду без билета!
Иной вопрос остался без ответа,
И втоптан в землю прах друзей моих.
Вы – глас людской. Я – позабытый стих.
КАЖДЫЙ ЧЕЛОВЕК ИЩЕТ СВОЙ ПУТЬ
Каждый человек ищёт свой путь,
Но всё равно попадает на ту дорогу,
По краям которой стоят жизни и смерть.
Я бы хотела дольше идти по той стороне,
Где не заходит солнце,
Но за днём всегда наступает ночь…
Поэтому я ищу тропинку.
Перевели стихи на языки чужие,
Так переходят улицу слепые…
Им кажется, что, ощупью идя,
Они спасают от беды себя.
Чужие языки, слепые строки…
Им нужен проводник.
Иначе нет дороги.
ПОБЕДИТЕЛЮ.
Не побеждайте победителей,
Судьба им выпала на круги.
И выстрела на старте сила
Вас отдаляет друг от друга…
А побеждённым – камнем в спину,
Терновником тропа устелена…
Непобедимы победители!
Но это – до поры, до времени…
В осенний сад, где листопад…
Ты будешь рад, мой друг.
Придут забывшие тебя —
Былое вспомнить вдруг —
Что годы быстро так летят,
И дням числа уж нет,
Что можно было разыскать
Затерянный твой след…
И песню старую споют,
Но только боль в словах…
Как хочется придти туда,
Где столько лет назад
Веселье било через край…
Но гол осенний сад.
Чужие окна, немое кино,
Темно на улице, в кадре светло…
Молча кричит ребёнок – не я его качаю,
Бьётся посуда к счастью – не я его получаю.
И в зале полно безбилетных,
На этом сеансе – молчанье…
Моё окно – звуковое.
Подёрнуты стёкла печалью.
ЗВОНАРЬ.
И стоит над землёй колокольный звон,
От былых времён – до былых времён…
И кровавый закат над рекой повис,
И упал бы я с колокольни вниз —
Нету сил звонить!
Мёртвый город мой…
Подожгли его – только бабий вой
По реке плывёт.
Да забытый конь молча воду пьёт
Но звонит звонарь – уже сотни лет.
Колокольный звон – попутчик лет.
Азбука Морзе – точка, тира…
Азбука Морзе – дайте мне
Как можно быстрее сказать —
Что я потерян во времени… Беда не моя —
Что я утомился от ритма дня.
Три кровавые слезы, три тюльпана…
Молча женщина сидит. От дурмана
Закружилась голова, сжалось сердце —
Три тюльпана получила ты в наследство…
Только ветер прошумел – быть им ложью.
Но глаза твои кричат – «Быть не может!»
Три кровавые слезы – облетели.
Молча женщина сидит. Им – не веря.
Четырнадцать слезинок на моей щеке
Четырнадцать дождинок на мокром стекле.
Уедешь – не уедешь, гадай – не гадай,
Отвернёшься к двери – прощай, прощай..
Прощайте, ожиданье – не разомкнуть нам рук,
Я не люблю прощаний – тревоги круг.
И будет боль от встречи, которой не бывать —
Четырнадцать слезинок…
Прошу не забывать.
Наговори мне целую кассету весёлых слов..
И – уезжай опять.
Я буду вспоминать тебя и лето
Не только клавишу нажав…
Чешуйками дождя покрыты,
Как две большие рыбы у причала
Стояли корабли.
Нас в них качало,
Как в люльке…
Но это был не страх, а счастье.
Тогда не ждали мы ненастья.
Оно пришло чуть-чуть поздней…
Нас позабыли, или мы забыли
Те города и улицы?
Дымом окутан город.
Он уже не наш.
Магнитофон собрал всю память нашу,
Нажму я только пальцем
На клавишу.
Какая засуха в стихах!
А хочется воды напиться…
И расплескать её в строках…
Какая засуха в душе!
Что стало миражом живое
Лицо твоё,
И даже море
Похоже на сухой песок…
Такая засуха во всём,
Что окружало нас с тобою!
И вырваться нельзя на волю
Не оживив умерших слов.
Читать дальше