– Ловко, ты, Лёва, этого самородка устранил! Того гляди пробился бы, ведь голосина, как у Фёдора Шаляпина и талант неимоверный! – восхищались господа в дорогих костюмах. – Нельзя позволить, чтобы широкой публике он стал известен, разгонят тогда наш театр, разгромят, поймут, что за оперу подделку принимали. Начали бы этого Григория слушать, да арии и романсы бы полюбили, а как известно, от такого пения мозг меняется, умнеет, что уж никак не в наших интересах. Умный народ нам без надобности. Пусть рэпом восхищаются, так сподручнее. А Гриша этот голосом силён, а духом слаб, пусть и дальше отдаёт львиную долю заработка.
И если бы кто-то заглянул под стол, то увидел бы, что у всех присутствующих обувь на высокой платформе, которая и не обувь вовсе, а копыта.
Эх, жаль Гриша этот разговор не слышал, читает рэп, оглох и ослеп, но так бывает, когда духу не хватает.
Игорь занимался ремонтом бытовой техники. После института не удалось устроиться по специальности и работал Игорь в частном секторе.
Ох как устал Игорь от бестолковых клиенток! Приезжает, бывало, по вызову машину стиральную ремонтировать, а там дел-то – кнопочку нажать, которую дамочка с другой кнопочкой перепутала. Нет, конечно, «любой каприз за ваши деньги», но как можно быть такими тупыми?!
Одна клиентка стиральную машину закрывала с таким грохотом и остервенением, что странно, как дверца до сих пор не отвалилась. Показал он этой дамочке, как легко всё это делается, так она была удивлена до крайности. Инструкции они, что ли, не читают?
Надоело всё это Игорю и как-то раз он, вместо того, чтобы по вызову мчаться, подсказал заказчице по телефону, какую кнопочку надо нажать.
И порядок!
Дама ему деньги за консультацию на карту перевела и ехать никуда не пришлось. Стал Игорь это дело практиковать всё чаще и чаще. Клиентки были в восторге, называли мастера волшебником. Дошло до того, что стоило очередной бестолковке ему позвонить и всё само начинало работать.
Постепенно Игорь прослыл мастером-экстрасенсом. Сам он не понимал, как всё это получалось. От простого звонка ему и изложения сути проблемы, механизмы начинали работать: стиральные машины, микроволновые печи, холодильники. И понял Игорь, как права поговорка о том, что лень – двигатель прогресса. От лени в Игоре пробудились невиданные сверх способности.
Силой мысли чинил он все бытовые приборы и заказы множились, деньги поступали на карту, а сам он мог спокойно сидеть за любимым компьютером, смотреть фильмы, общаться в чатах и вообще жить в своё удовольствие.
Нас Лондон встретил не туманом,
А ярким солнцем в феврале.
Я лично прибыл полупьяным
И сам себе сказал: «Але!»
Хотелось двигаться вприсядку,
И в руки взять аккордеон.
Туманный Альбион, как грядку,
Весь прорыхлить, со всех сторон.
На площади, на Трафальгарской
Пытался я залезть на льва,
А он застыл с безмолвной пастью,
Как нераскрытая глава.
Как в центре города красиво!
Гайд-парк, Грин-парк, сиди-дыши.
И кормят лебедей счастливых,
Совсем как наши, малыши.
Автобус, словно каравелла,
И у него есть свой закон:
Ты ждёшь, что он приедет слева,
А видишь – справа прибыл он.
Зелёное сукно повсюду:
На барных стойках, на столах.
Веками создавалось чудо —
Быт на британских островах.
Здесь хочется застрять надолго,
Здесь много милых, чудных мест.
Пусть Темза и не наша Волга,
Но рыба в Темзе тоже есть.
Аэропорт Хитроу снова.
Нас ждёт короткий перелёт.
Летим на Амстердам. ЗдорОво!
Страна тюльпанов тоже ждёт.
Весёлый город многолюдный,
Река вся в лодках, в них живут.
Не выпить в Амстердаме трудно,
Сплошные бары, в них уют.
И коноплёй повсюду веет,
Коль хочешь, так купи скорей.
Я ж у витрин застыл, немея,
В квартале Красных фонарей.
А вот тюльпанов не увидел,
Зато в музее был Ван Гог.
Да, Амстердам нас не обидел,
И отпустить никак не мог.
Всё остальное опускаю…
Очнулся я уже в Москве.
Сижу на лавочке, зеваю,
И весь, как будто, в волшебстве.
Да это, братцы, Патриарши!
Смотрю, напротив – Бегемот.
А вот и Воланд. Он не страшный,
Скорее выглядит, как лорд.
Он подошёл ко мне степенно
Сказал: «Допился, сэр-мусью?
Как это всё несовременно!
Где ЗОЖ? Давай тебе налью
Читать дальше