Партизаном крадется кто-то.
Тот, к которому мы не привыкли.
Кто-то волком гоняет душу,
Словно клячу по ипподрому,
С бездны к звездам, а с неба – на сушу,
Чтоб она не привыкла к дому.
Ну, наверно, нельзя, иначе.
Разум, сердце, свобода и знания
Нам даны, чтоб от боли плача,
Мы себя в себе не узнали.
За гудками, собачьим лаем,
Детским смехом и ревом моторов
Декорации кто-то меняет.
Тот, кто очень не любит повторов.
Ключ, дрожь мотора, сцепление. Газ.
Окна, подъезды, деревья. Столбы.
Чуткость руки, автоматика глаз.
Скорость, как пес, на цепи у судьбы.
В пестрых гробах легковушек и фур
Горло ошейником сжали дела.
Солнечный свет трафареты фигур
Выжег из-под лобового стекла.
В каждой свободной руке у виска
Намертво вклеен смартфон-пистолет.
Каждый с рассвета – мишень для звонка.
Каждый – для всех, для себя – его нет.
Цель – абсолютный контроль и уют.
Каждый, как бог, среди кучи червей.
Над головой – неба синий лоскут.
Не управляется пальцем. Забей.
Солнце встает. Но не нужен рассвет.
Ведь к горизонту никто не спешит.
Мчится с утра человек-трафарет
На распродажу ненужной души.
Нет тише грома тишины,
Нет холоднее сердца льдины.
Невидимы и неслышны,
Нас по ночам вскрывают сны,
Как море в штиль дельфины.
Так умные глаза грустны,
Так в облаках резвятся краски!
День – это ужин для Луны
И вечность целая для сказки.
Весь край земли в крови бродяг:
На небесах им роют ямы.
Сквозь годы призраки летят —
Глаза поластить, как котят,
В лучистом взгляде мамы.
Горячий битум зимней ночи
Течет на стынущие души.
Свинья-вселенная полощет
В их снах космические уши.
Полоска света – бритвой в темень,
Среди конфет дымится кофе.
По мягким камышам постели
Лягушкой прыгает любовь.
Под окнами чернеет тело,
Во взгляде – шрам чужого счастья.
Кому-то суждено быть целым.
Другие остаются частью.
Забытый Богом тамагочи
Среди тупой кровавой чуши…
Свинья-вселенная хохочет,
Глотая кинутые души.
Плёнка. Объектив. Затвор.
Ванночка, фиксаж, фонарь.
Негатив, как залп в упор:
Вместо человека – тварь.
Звезды, черные, как смерть.
Небо, жёлтое, как ужас.
Горы – груди старых ведьм.
Над костями сосен кружит
Череп вспоротой луны.
В луже красной тишины,
Переваривая души
Свежеумерших старух,
Разваля моря и суши,
Дремлет мир.
Палка, шапка, фуфайка на вате.
Эх, ромашки примял на пригорке!
Машет плетью-рукой: «Стой, касатик!
На, разжуй-ка мне хлебную корку!»
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.