Над степью висит керосиновый чад.
Я что-то тебе говорю невпопад.
Сегодня все наши Ту-160
Поднимаются в небо.
Струёю фуражку уносит в ковыль,
От первой машины взвивается пыль.
Людская мечта превращается в быль,
А прошлое – в небыль.
Взлетают они на колоннах огня,
«За угол» идут без тебя, без меня.
И мы остаёмся в зачатии дня,
Без шика и позы.
Чтоб не было всяческих «если» и «вдруг»,
Вернулся домой чтобы к вечеру друг,
Мы сутками пашем, не чувствуя рук,
В жару и морозы…
На своей незаметной, безвестной войне,
Вдалеке от скалистых родных берегов,
Мы торпедами ищем заклятых врагов
И сгораем в бензиновом жарком огне.
Холодеют пустые места за столом,
И рыдает из БАО девчонка одна.
Потому что любовь, потому что весна,
А его поминаем мы третьим тостом…
Нашей жизни короткой простая есть суть:
Выжжен сваркой зениток чужой силуэт,
И дороги окольной, к бесчестию, нет,
Стиснув зубы, не должен ты с курса свернуть…
Потёртый томик старого поэта
Я с книжной полки бережно снимал.
Изящный слог любимого сонета
Вёл за собой, пленил и чаровал.
Но всё менялось к худшему мгновенно,
Едва, поддавшись Искусу, хотел
Прочесть стихи о чём-то современном,
Про новый мир и состоянье дел.
Поэты модерновые забыли
О ясности и назначеньи рифм
И оголтелой массою спешили
Использовать машинный алгоритм.
Ломая взгляд на мешанине строчек,
Без смысла, без начала, без конца,
Ругаясь так, что не хватает точек,
Нырял взахлёб в запой, сбледнув с лица.
И там, в блаженном спиртовом угаре,
Бурча о том, как стали все плохИ,
Читал стихи я опустевшей таре.
Свои, но гениальные стихи!
Над горизонтом с серпиком Луны
Горят огни родного космодрома,
Что создавал народ большой страны,
Чьё имя скоро станет всем знакомо.
А в доме неприметном крепко спят,
Спокойно и глубоко, сразу двое
Обычных русских молодых ребят,
Презревших тяготенье мировое.
И пусть в полёт отправится один,
Над ставшей очень маленькой Землёю,
Затмив созвездья первых величин,
Второй его поддержит и прикроет.
И будет день, и будет новый старт,
Дублёр сегодня, завтра будет первым,
Познав и ускоренье, и азарт,
И успокоив выжженные нервы…
Отличный кованый топор
С удобным, хватким топорищем,
В работе ловок и остёр,
Похожего не сразу сыщем.
Когда гремят колокола
Топор выходит из дремоты.
Чем хуже в княжестве дела,
Тем больше у него работы.
Умеет он рубить с плеча,
И в это краткое мгновенье
В руках лихого палача
Он сильных мира воплощенье.
Истошно стучат барабаны,
Волынки терзают страну.
Банкиры наполнят карманы,
А Джонни пойдёт на войну.
Сюжет повторяется тот же,
Что двадцать пять вёсен назад.
Лоснятся буржуйские рожи,
А жизнь потеряет солдат.
Их в клочья снаряды не рвали,
Они не бывали в плену.
Жиреют на хлебе и стали,
А Джонни идёт на войну.
И снова во Франции где-то
Вороны над полем кружат.
Белеют в фельдграу скелеты,
А в хаки другие лежат.
За честью, геройством и славой,
Обняв на прощанье жену,
По прихоти чьей-то кровавой
Наш Джонни идёт на войну…
Шуточная пародия на прекрасное стихотворение
Инессы Елисеевой «Капля горячего воска»
«…Я снова вижу райский ад
Немых картин Иеронима.
Как в универе сопромат
Он точит мозг, но ходит мимо.
Случайность встреч слезой умыв
Я закрываю книгу Босха.
И неслучайный мой порыв
Летит на руку каплей воска.»
Ты в коридоре нервно ждёшь,
Под сердца громкое стоккато.
Сегодня в третий раз идёшь
На пересдачу сопромата.
Печёт невыспавшийся мозг,
И бьётся кровь в аорте узкой.
Консоли гнутся, словно воск,
Под страшной умственной нагрузкой.
Судьба к тебе сегодня зла,
И ты в зачётку смотришь плача.
Ведь память в норку заползла,
И провалилась пересдача.
Недостижим волшебный сад,
Босх ухмыльнётся, лицемеря,
И распахнёт военкомат
Тоской окованные двери…
Я был всегда хитрее всех,
Я из толпы не выделялся.
Кто жаждал славу, шум, успех,
А я же тихо ухмылялся.
Скрывая истинную суть
Я не кичился перед вами.
И не стремился я кольнуть
Глаза румяными боками.
Я был никто, я был в тени,
Я избежал судьбы капкана.
Я просто выше всей возни,
Достойной только балагана.
И вот – естественный итог:
Кто ярок был и кто заметен,
По тем читают некролог
Под неумолчный шёпот сплетен.
А я живу, а я дышу,
Согретый поздними лучами.
И до сих пор ещё вишу
На ветке высоко над вами.
Читать дальше