Еще чуть теплится она,
В глазах огонь икон венчальных…
А чаша до краев полна
От памятных тех лет печальных.
Вот уж лета прошла половина
Вот уж лета прошла половина,
И полгода ушли, как в туман.
А на сердце, как будто обида,
Словно в жизни какой-то обман.
Нет, печаль меня вовсе не гложет,
Даже весел, порой, для людей.
Червоточина мерзкая может,
Иль во мне поселился злодей?
Ведь когда-то с душою открытой
Я делился своим огоньком.
А теперь? Это в прошлом забыто —
Был наивным тогда пареньком.
Мир куда был практичней и злее,
Он стремился куски оторвать.
Ну, а тех, кто урвать не умеет,
Можно было спокойно топтать.
Но, воспитан я был по иному,
Толи время, увы, не мое…
Не узнать в этой жизни истому —
По тропинке сплошное жнивье.
А ведь хочется – грудь нараспашку,
И добром целый мир одарить…
Мир не тот уже… Взять бы рюмашку,
Пыл вином на душе загасить.
День как сон. Ночь – сплошное приволье,
Лишь во сне ощущается жизнь!
Там любовь, чистота и раздолье,
Там для сердца привольная высь.
Размохнатились кудри у клена
Размохнатились кудри у клена,
Пообвисли гирляндами в ряд,
Солнца луч осветил с небосклона —
Золотистым окрасом горят.
Почему ты не весел, дружище?
Ствол согнулся под тяжестью лет.
Толь дорогу свою не отыщешь,
Иль не в радость теперь белый свет?
Пролетела весна, как по ветру,
Лето знойное грело тебя,
Вечерами шептал ты про ветлу,
Вспоминая ее и любя.
А теперь твой характер несносен,
Не шумишь, как бывало порой.
Толь виной тому поздняя осень,
Иль собрался уже на покой.
Не пристало грустить, не пристало,
Мы обнимемся крепко с тобой.
И споем, как нередко бывало,
Возгордившись своею судьбой.
Впереди еще осень с зимою,
Нам бы их непременно прожить.
А потом, наступившей весною,
Будем жить, будем петь и любить.
Конец июня. Кафе «Батони».
Совсем один я, к раздумьям склонен.
Уже не мальчик, еще не старец.
Как мир обманчив – года сквозь пальцы.
И не печален, и не восторжен…
Мир изначально назвал Прохожим.
Пронесся ветром, а что осталось?
Быть может, где-то что затесалось?!
Где семя бросил – дубравы в небо.
И дом построил, и мир изведал.
Льет дождь потоком, хотя не осень.
Июнь протопал дней двадцать восемь.
Шестой десяток, не много вроде.
Какой остаток сулит исходник?
Вот опять весна зазеленилась,
И сирень оделась в белый цвет.
Ну, а мне вся жизнь моя приснилась,
От рожденья до текущих лет.
Не тоскую я уже о прошлом,
Знаю, жизнь никак не изменить.
Нужно думать только о хорошем,
И любить, любить, любить, любить.
Все, что было, – это не напрасно.
Но оно уже давно прошло.
Молодым, конечно, быть прекрасно,
Жизнь познать – ведь тоже хорошо.
Сколько лет пожить еще осталось —
Знает тополь под моим окном.
Пусть в душе я чувствую усталость,
Отдохну потом, потом, потом.
Наша жизнь, увы, не бесконечна,
И весну оставим молодым.
А себе оставим только вечность
И любовь оставим всем живым.
Так хочется порой заплакать,
Упасть и больше не вставать,
От боли слез своих не прятать,
От жизни ничего не ждать.
Чем больше праведностью занят
В стремлении дарить добро,
Тем чаще и больнее ранят
Клинком под самое ребро.
В порыве чувств, открывши душу,
Готов дарить тепло любви.
В ответ испепелят, осушат,
А вроде кажутся людьми.
Невежд бурьяны процветают.
Ну почему так мир жесток?
Своею злобой угнетают
Добра, любви любой росток.
Быть может появился рано
На этот свет, в ненужный век.
Здесь не нужна совсем гуманность,
Не нужен добрый человек.
Все так фальшиво, сплошь подделки,
Ушло понятие добро.
Все заменили деньги, сделки,
И процветает в мире зло.
Солнца лучик упал на ладони,
Сохраню я его, сберегу.
Он сияньем своим мне напомнил
Неземную твою красоту.
Озарил своим светом надежду,
Теплотою согрел сердце мне.
И не жить мне теперь, так как прежде,
Буду жить я теперь, как во сне.
Буду жить я одною надеждой,
Солнца луч вдруг коснется тебя,
Нитью солнечной, крепкой и нежной
Наши души связует любя.
Как страницы наши годы шелестят,
Где-то ждет нас дальше оглавление.
Замысел романа жизни не иссяк,
Тянет он все время в продолжение.
Читать дальше