Свою земную жизнь пройти
И нахлебаться вдоволь горя —
Ты должен сам, меня прости.
Гореть, светить – вот моя доля.
19 февраля 2012 года Старый Петергоф
Какая нынче полная луна, —
Неисчерпаемое вдохновенье!
В полночный час душа обнажена —
Все вездесущи откровенья.
О сути нашей жизни, бытия,
О Добродетели, – ей нет здесь места:
Средь алчности и прочего «зверья».
Перевернулся мир, и стало тесно.
Тогда Атланты превратились в миф, —
Нам Геродот с Платоном указали.
А горы злата сдвинули в обрыв, —
И Добродетель, и скрижали.
19 февраля 2011 года Старый Петергоф
Как часто восхищаемся
Мы гордым тем орлом:
В монете размещающимся
И в выборе притом:
Ну, попади ко мне, ну, выпади!
И ластимся к нему.
Бери ж меня, ну, выбери! —
К всесильному орлу.
Обман себя нам выгоден.
Какой же был дурак! —
В сердцах потом я выпалил, —
А всё одно: пятак!
И к мудрости не пришлая, —
Простите вы меня!
От мудреца услышала
И в стих произвела.
31 июля 2009 года
Последняя январская колдунья-ночь
Морозец важный крякнул. Из – под крова
Красавец – месяц на смотрины вышел, засветился.
И вот свидание я наблюдаю снова:
Небесный свод слезами звёздными нежно окропился!
Последняя январская колдунья-ночь
Хрустальные колодцы разбивает,
Мечты опутывает снами… Становится невмочь:
Её оковы всё сильней меня сжимают.
И снится, грезится ль мне сон? Его не обуздать.
В нём белая, как лунь, и очень странная корова
Стремится в шоры рогами меня взять.
В кровавом платье я и, вот на грех,
нет у меня другого!
И как ни жаль свиданье нежное прервать,
Но зорьку я прошу: скорей обнять луга.
Кто в странном образе – Жизнь иль Смерть,
и не понять.
А мысли набегают, как на волну волна…
31 января 2009 года Старый Петергоф
Тобою восхищаюсь ежечасно
И вглядываюсь я в знакомые черты.
Загадкой кажешься, и тайною опасной
С портрета на меня взираешь Ты.
Тебя я Незнакомкой величаю.
В Тебе вновь вижу лик надменной красоты.
Когда Ты мимо проезжаешь, замечаю
Печаль Мадонны… Не с иконы ль Ты?
Чем больше я и дальше проникаю
Во взор чудной Диковинки Прекрасной,
Заметной только мне улыбкой, понимаю,
Усилья разгадать Тебя – напрасны!..
Ночь 5 января 2008 года
Почему мы беспечны и ветрены,
когда рядом родимая мать?
Мы незримыми узами скреплены,
хоть порой забываем обнять…
Вы целуйте их нежные руки
и глядитесь почаще в глаза.
Материнские вечные муки, —
их не выстрадать и не сказать.
Не сказать, как бывает обидно,
как бывает и горько порой.
С колокольни дочерней не видно,
что у матери боль за спиной.
Потому мы беспечны и ветрены —
когда рядом родимая мать.
Мы незримыми узами скреплены.
Тяжело их навек потерять.
14 ноября 2012 в 11–00 в 16–00 не стало её Старый Петергоф
Горит свеча, не угасая
И сторожит мою печаль…
Крылом взмахнула белым стая
И унеслась в иную даль…
Зима лютует за окошком,
Протяжно воет на дворе.
К утру накроет все дорожки,
Застынут ветки в серебре.
Мне нет покоя в этом мире, —
Чем дальше, тем грубее он.
Всё меньше нот в моём клавире.
Однообразен сердца стон.
16 декабря 2012 года Старый Петергоф
Прекрасно мгновенье, которого нет.
(Глеб Горбовский, из книги «Тишина»)
Прекрасно мгновенье, которое в вечность
Ушло, улетело. Прощай, человечность!
Его я, как бабочку, будто пришпилю
В альбом своей памяти, если осилю…
08 февраля 2016 года Старый Петергоф
Я лечу по волнам своей памяти…
«Я лечу по волнам и морям своей памяти…»
Я лечу по волнам и морям своей памяти,
Я плыву в облаках, небесах и ветрам
Подставляю лицо, мои мысли неправедны —
Подвергаю их снова не смытым грехам…
12 июня 2011 года Старый Петергоф
Пора мне вспомнить Царское…
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу