И так хожу по миру удивленно,
Слегка запамятовав о жизни о своей.
Вдруг озарение словив на этом скромно,
Я понимаю – жизни нет ценней!
Когда кашуля в голове
Вдруг ситечко нашла для цели,
И пропуская сквозь него,
Расфасовала время.
Когда по дну распределив,
Залить пора цементом
Все знания, что сложно так дались,
Структурно и навеки.
Тогда вздохнуть можно впервые,
Стоя на прочном поле.
И оглядев не на бегу,
А тихо и в покое,
Пространства, шире тишины,
Свободных ветров место,
И с упоением в душе
Для стройки заготовить тесто.
С улыбкой шире, чем у Чешира,
Взглянуть на личные покои.
Почувствовать, как что-то зарождается
В мыслительной утробе.
И звуками мурлыкать песню
О великом деле,
И ощущать её всецело
В теле и на теле.
Раскрыть для действий все ресурсы,
Открыться творчески к процессу,
И многолетние труды
Нести в мир этот, словно пьесу.
Если мне это не надо,
И тем более не хочу,
То и красную помаду утром смело нанесу.
То и бутер с колбасою в три сантиметра уплету,
Если мне это не надо, но хочу!
Я могу пойти учиться на хирурга, на врача,
Я могу чего угодно, даже больше иногда.
Я хочу свободной воли поддаваться, не терпеть,
И в мирском цикличном шторме не лететь.
Я хочу от всех свободно
Делать все свои дела.
Все к обеду, я – на Волгу,
Все туда, а я – сюда.
Вспоминаю я про солнце,
Где один всего герой,
Ко всем спиной встал
И на западе ожидал солнца покой.
Все стояли и смеялись,
Лишь один он в тишине,
Наблюдал закат красивый, как в огне.
Я решила, я не буду, делать то, чего хочу,
Но тогда моя натура захандрит к параличу.
Я решила, что я буду делать всё что я хочу.
За словами идет смелость, не шучу.
Ты попробуй, друг родимый,
Всё, что хочешь воплотить.
Ну, а нытикам, что «надо» – тоже быть.
«Не предавай своё сердце, милый, не предавай – это был урок…»
Не предавай своё сердце, милый, не предавай – это был урок.
Не предавай больше так сильно, не предавай впрок.
Я так жалела и так просила вернуть обратно часы,
Не предавай сердце, милый, не предавай и не проси.
Я грызла совесть, замазывая разбитые куски,
Не предавай себя, милая, не предавай и ты!
Пусть прошлое белым облаком затянется на века,
Пусть прошлое, но не ты в нём, останется в прошлом и без тебя.
Умри, моя часть, что травится воспоминаниями,
Ты тут нужна нам, красавица, проснись забрав застрявшие дни.
Проснись цельная, умная, с раной, зашитой ручьем
Слез твоих крайне глупых, затянется пусть нутром.
Проснись, околдуй нас взглядом безоблачной тишины,
А облако то наградой прольется пусть без вины.
И ты и он красивые, возродившиеся вновь,
Оставьте все в прошлом, милые, оставьте там свою любовь.
Она никому не поможет, она ничтожна, поймите,
Ведь всё, что осталось в прошлом – лишь слепые, сосущие нити.
Обрежьте пустоши, хватит травить себя пустотой,
Взгляните вперед и дайте людям звёзды с собой.
И всё прекратится мигом. Страдания чистоты,
Они никому не помогут, они никому не нужны.
И пусть засияют в небе две раненые звезды,
Но они засияют, пойми те же,
Засияет и он, и ты.
«Да здравствует стадия рассвета!..»
Да здравствует стадия рассвета!
Да здравствуют вновь обретённые!
Бумажные тайны и летописи вновь станут зажженные,
Зажженные искрой родившейся, проснувшейся девочки знаний.
Да здравствует это лето, лето былых скитаний!
Будет оно активным, радостным поначалу,
А в дальнейшем – мирным летом, летом своих признаний.
Он обретёт свободу, она начнет дышать,
И в мир вновь явится воля, готовая покорять.
И, кажется, много строчек о давнейшей любви,
И маленький мотылечек улетит, не коснувшись земли.
А возвратится лето, рассветы, что готовы встречать
Два прекрасных поэта, те, что начинают сиять.
В минувшее воскресенье оба пошли по делам,
Он главный там, у себя где-то, а она – главная там.
Поэты, поэты, поэты, зачастую с тяжелой судьбой,
А наша судьба поэта была не всегда такой.
И больше такой не будет – закончился наш рассказ,
Впереди нас обоих ждет лето,
В том лете не будет про нас.
В каждой минуте, дороге, остались при своей судьбе
Бегущие в мире строки, и в каждой – о жизни своей.
Не будет соединений, и переплеты ушли,
Два внеземных поэта друг для друга не рождены.
Один улетит на север, второй улетит на юг,
Будет в мечтах прочитавших своя плеяда из дуг.
Читать дальше