Я сейчас нарву цветы
И решу их подарить.
Хоть и страшно, но увы
Не смогу без тебя жить!
Не хочу терять момент,
Я обязан подойти.
Насмотрелся кинолент,
И теперь я смел внутри!
Подарю тебе цветочки,
Посмотрю тебе в глаза,
Утону я в них уж точно
И забудусь навсегда…
Эти сраные цветы,
Что сорвал я в той канаве,
Стали символом любви
И амуровой забавы.
Они стали для меня
Как подарок от природы,
Как искринка от огня,
Но как капля несвободы.
Я шëл спокойно по дороге.
И шёл я долго, что болели ноги.
Я шëл и слушал свой плейлист,
Там был трек Нойза «Эгоизм».
И вдруг мгновенно предо мной
Появился образ тучи грозовой,
Которая закрыла весь небесный свет,
Но музыка – мой оберег.
Весенний дождь всегда суров:
Он заставляет искать кров,
Он заставляет ускорить шаг,
Капли дождя атакуют всех бродяг.
И я иду, почти бегу,
Пытаюсь просто не намокнуть.
Но «стоп» не скажешь ты дождю,
Нельзя его просто заблокать.
Я промокаю всë сильнее,
В плену дождя будто бы Лея.
И вроде бы почти у дома,
Но далеко ещё до крова.
И я уже совсем промок,
Иду и не жалею ног,
Которые ступают в лужи,
И мне теперь ничто не нужно.
Удар грозы мне дарит свет,
Который мне поможет бег
Свой опять восстановить,
Чтобы под дождём мне не прогнить.
И так всегда с любой проблемой,
Потому что дождь не первый,
Кто намочить с бошки до ног
Пожелает и пу́стит ток.
Но нельзя же быть как мистер Коффи:
Спасать других, в финале сдохнуть.
Проблемы – бесконечность этих капель,
А решение – уж точно не какой-то кабель.
Наш немаленький стол
И какой-то сервиз,
Стул отца как престол,
И чей-то каприз…
Это всë – весь наш ужин.
Это всë – весь наш вечер.
За окном – дождь и лужи,
А на столе стоят свечи.
И вот все теперь в сборе,
А у меня пропал аппетит.
Разговор ведëт к ссоре,
Ведь отец уже кричит.
Вот такой семейный ужин:
Здесь умирают мечты,
Здесь никто не дружен,
И здесь отсутствуют «свои».
Папа, ты пойми, что я не должен
Следовать твоему пути.
И возможно ты мне не поможешь,
Но я хочу писать стихи!
Ты меня пожалуйста послушай!
У всех детей свободные же души.
Я не буду ни врачом и ни юристом!
Не хочу я также стать бариста.
Я желаю быть улышанным,
Я хочу донести свои строки,
Чтобы люди не были одиноки
И чтоб искусство было возвышено.
Просто перестань навязывать путь
Тому, кто пытается познать жизни суть.
Мы с тобой на самом деле похожи,
Хоть иногда друг другу антитезы.
Просто я тебя немного моложе,
И тебя моя неопытность бесит.
Я знаю, что ты был на моëм месте.
Твой путь тоже был неизвестен.
И ты так же хотел найти себя,
Чтоб получить цель своего бытия.
Так давай же будем терпимее,
Давай же поймëм мы друг друга
И не будем избегать во время досуга!
Эта задача вполне достижимая.
Отец, я честно уважаю тебя!
Так уважай же мой выбор тогда!
Я так хотел быть важным для людей,
Но теперь они лишь рядом, если хорошо.
И как мне быть? Как быть теперь?..
Если мысли только об одном?
Я счастлив прямо здесь для вас,
Чтобы вопросов стало меньше,
Чтобы снова лишний раз
Побыть для вас сильнейшим.
Я не могу ударить грязь лицом
И не могу теперь я оплошать.
Я быть хочу для вас творцом,
Но мне приходится лишь врать…
Врать себе и врать тем людям,
Что рядом по любви и из уважения.
Но врать не хочется, хочу лишь думать,
Что терпеть не буду, разгоню сомнения.
Но где же силы взять на это?
И где мне истину найти?
А врать я буду даже с кем-то,
Кто со мною по любви.
Я не хочу существовать во лжи,
Но нет других вариантов,
Нет правдивого пути,
А врать – у меня в таланте.
Стихотворение памяти Густава Элайджа Ара.
Когда я вру, то забываю сам себя!
Когда я вру, все чувства горячей!
Когда я вру, я получаю капельку тепла,
Но холод не сравниться и с тысячей огней!
Читать дальше