Вечер молнией ударил
В непогоды чёрный фронт.
Захлебнулся в жёлтой гари
Тёмно-синий горизонт.
Всё быстрей, страшней и ближе.
Ураган, огонь и смерть!
Небеса мрачней и ниже,
И дрожит земная твердь!
Только скалы и вода,
И гроза идёт на сушу.
Всё притихло, как всегда,
Перед бурей. Лезет в душу
И тревога, и восторг,
Перед грозною стихией.
Гром из памяти исторг
Бесшабашные, лихие
Дни и месяцы, и годы,
И растаял в темноте…
Одряхлели веры своды
И давно уже не те!
Брат идёт стеной на брата,
С привилегией истца.
И не чтя ни в ноль карата,
Дочь забвеньем бьёт отца.
Грянул дождь воды стеной.
Гнутся прутьями деревья.
И зацепки никакой —
Налицо итог неверья,
Что и властвует, и губит!
Вдруг – птенцы в гнезде пищат.
Бьёт их дождь и ветер рубит,
Только косточки трещат!
Ваня бросился на писк,
На бегу кафтан срывая,
Несмотря на явный риск
Простудиться. И не зная,
Чем ещё помочь птенцам,
Про себя совсем забыл,
Встал в чём был над ними сам,
И кафтаном их накрыл.
Но не вечно буре биться,
Истязая небосвод.
И с небес не будут литься
Без конца потоки вод.
Улеглась погода к ночи.
Буря в дол ушла морской,
Расплескав задор и мочи.
Только свежесть и покой.
Вдруг стемнело как-то разом,
Словно пепел между строк.
Ваня смотрит светлым глазом —
Чудо-юдо – птица Дрок!
Распласталась над волнами,
Заслонила солнца свет.
Взмах – и в стороны цунами,
Айвазовскому – сюжет!
Подлетела птица Дрок —
Криком встретили птенцы.
Между глаз – кручёный рог,
В чёрном клюве две овцы.
Бросила добычу детям,
Крылья серые сложила —
Просвистел воронкой ветер,
Сняв со дна ошмётки ила.
«Как вы, дети, без меня?
И откуда здесь кафтан?
Я летела к вам полдня
Сквозь жестокий ураган.
И не чаяла уже…
Как сказать-то вам, не знаю…
На стихии кураже
Часто крайние страдают».
«Да! Был шторм и с неба пламя,
Что не видели мы ввек!
Но весь день стоял над нами
Пришлый русский человек.
Он собою нас прикрыл,
Он и добр, и очень смел.
Ветер рвал, метал и выл,
Но коснуться нас не смел!»
Обернулась птица Дрок:
«Кто ты, сказочный спаситель?
Я живу здесь долгий срок,
Никогда в мою обитель
Не спускался русский дух.
По ошибке? По пути?
Как попал сюда? Мой слух
Благодарный просвети».
«За живую воду и
Яблок за плоды, средь дня
Братья родные мои
В пропасть бросили меня.
Наземь пал, не чуя боли
И не думая о ней.
Проводник судьбы и воли —
Боль душевная сильней».
«Да, мой князь, бывает так,
К счастью или к сожаленью,
Что за место друга враг
Подвигает нас к спасенью.
А бывает и напротив —
Кто в твой мир душевный вхож,
За пятак и между прочим,
Всадит в спину острый нож.
Ты детей моих сберёг
От забвенья вечной ночи.
Сам собою пренебрёг,
И теперь проси, что хочешь.
Хочешь – платины состав,
Орден с лентой, крейсер личный,
Злата в слитках и в брусках
Или власти безграничной».
«Нет, спасибо, птица Дрок!
Если можешь, аккуратно
Подлатай мой шаткий рок —
Подними меня обратно.
Вот за это буду вечно
Благодарен я тебе!
Не хочу пенять беспечно-
Переменчивой судьбе.
Не хочу носиться щепкой
По ухабинам судьбы.
Проторить рукою крепкой
Без худой частицы «бы»
Должен я стезю свою.
И под снегом, и под градом.
Если надо – и в бою.
И в лишеньях, если надо!»
«Непростую ты задачу
Предлагаешь мне решить —
Как подняться, и в придачу,
Снова в теле прежнем жить!
Это место непростое —
Нет обратно здесь пути.
Но рискнуть, пожалуй, стоит.
От планиды не уйти.
Ты иди покуда лесом.
Ягод набери, грибов.
Два чана, примерно весом
По двенадцати пудов,
Настреляй мне птиц и зверя.
Два должно хватить как раз.
Я ж пока, в удачу веря,
Отдохну хотя бы час».
Сделал Ваня всё, как Дрок
Попросила. Чан и чан
Настрелял припасов впрок.
За спиной – пустой колчан.
Два чана на птичьи плечи
Взгромоздил едва-едва.
Благо, пищей обеспечил,
Благо, плеч у птицы два.
Читать дальше