Чистосердечно надо бы признаться:
Бываю жизнерадостным порой.
Когда мне вскружит голову вдруг счастье —
Вступаю я, как будто, в мир иной.
Там нет испытывающих взглядов,
Глаз, обжигающих огнём.
И людям объяснять не надо
О поведении своём.
Они и так, всегда заметят
Все перемены, что во мне
Игрою сумраков и света
Вдруг пронесутся в тишине.
Что ж, пусть увидят, что я счастлив.
А что, нельзя счастливым быть?
Что делать, может не смеяться?
Тогда, зачем на свете жить?
Как много было сказано,
Как много было слов.
Словами бы, не сглазить нам
И счастье, и любовь.
В потоках слов умноженных
Сто крат движеньем губ,
Дней юности восторженность
Не промелькнула б, вдруг.
Немало было радостных
Дней жаждущих побед,
Весёлых, добрых, яростных…
Мне жаль тех юных лет.
В них не было обмана,
Речей и фраз пустых.
Но звонкими словами
Мы объяснялись в них.
И знать бы нам заранее
Каков он жизни путь,
Но мудрость созерцания
Пришла к нам позже чуть.
Если завтра что-нибудь случиться,
Если будет, что-нибудь не так,
За себя как прежде поручиться
Не сумею, не смогу никак.
Потому, что годы очень круто
За меня некстати вдруг взялись.
Дорога мне каждая минута,
Дорога мне в целом эта жизнь.
Пусть она торопится, как прежде
В бесконечность мглы и синевы,
Только б, не лишала бы, надежды,
Только б, не лишала бы любви.
И закат, что золотом расцвечен,
Был бы так же добр, как и красив…
Пусть цветами буду я увенчан
В час, когда вдруг упаду без сил.
Мне кажется, что труд свой завершаю,
Но вижу, что конца работе нет.
Мне кажется, что всё на свете знаю,
Но на простой вопрос не дам ответ.
Уж, и любовью вроде бы, насыщен,
И к жизни жажда столь не велика.
И всё-таки, мы что-то ищем, ищем
Всю жизнь и всё не можем отыскать.
Чего? Ни славы ли? К чему нам слава,
Что тяжким бременем готова пасть
На нас с тобой, чтоб нами же и править,
И искушать, испытывая нас.
Тогда не власть ли? Нет, мы не стремимся
Царить над миром, в злых объятьях лжи.
Лишь о свободе мы привыкли мыслить,
Лишь к ней мы и торопимся всю жизнь.
Что хотел бы я отметить
И о чём бы рассказал?
Жил как многие на свете,
Знал, что можно, что нельзя.
Был с друзьями откровенен,
А с иными сдержан, тих,
Потому что я не верил
В святость истинную их.
Не желал общаться с ними.
Книги добрые любил,
Страстью необыкновенной
С детства к ним наполнен был.
И сейчас до поздней ночи,
Мудрым книгам отдаюсь.
В остальном же, между прочим,
Прост и этого боюсь.
Зря, мы порой не бережём
Свои минуты, дни и годы.
Легко и весело живём
И чувствуем себя свободно
И вольно, словно бы, у нас
Нет никаких проблем и всё же,
День прожитый легко, смеясь,
Не обойдётся ли, дороже,
За всю бессмысленность потерь,
Часов, минут, секунд, мгновений.
А сколько было их! Теперь
Мы знаем, что такое время.
И знаем, как его сберечь,
Работе отдаваясь с жаром.
Спеша других предостеречь:
«Не тратьте время жизни даром!»
Я бы отрёкся от всего,
Когда б ни хлеба, ни одежды,
Ни музыки и нечего
Не нужно было б, мне, как прежде.
Как в день, когда лишь был рождён,
Но криком требовал вниманья,
За что в пелёнки был внедрён,
Чтоб стать зависимым заранее.
В мой год рождения отец
Скончался, словно в назиданье.
И вот подрос я, наконец
Весь мир предстал перед глазами.
Читать дальше