1990
По сельским свалкам, задыхаясь,
Отравлена, больна, ничья
Ползёт, в камыш, в траву вжимаясь,
Моя река – Кильтечия.
Её вода горька как слёзы,
Немой, стихающий упрёк.
В ней – запах тины и навоза.
И подыхающий малёк.
К её воде склонились ивы,
Как детки к матушке своей, -
Водой хрустальной их поила,
И в мире нет реки родней.
Из камышей утята крячут,
Они запутались в грязи.
Река бессильно, горько плачет,
Почуяв гибель впереди.
Грязь. Седина. Пески. Пустыня.
Земля безречна и ничья.
Все реки и моря больные
Как ты, моя Кильтечия.
1989
Белою кувшинкой коронована
Речка у подножия села.
Летом – зацелована коровами,
А зимой от инея бела.
Потрясая огненною гривою
Моется в ней майская гроза.
И блестят из-за кустов игривые
Тёрна черноокие глаза.
Выпуча глазища до макушки,
Лапками болото вороша,
Лаяла сердитая лягушка
На высокий стебель камыша.
Листья жрёт
В поте лица
Злой урод, —
Гусеница!
Гордилось пугало нарядами:
Не птиц пугаю, небо радую!
Лесом, полем, весью,
Испокон и присно
Бёг ручей-повеса,
Искренний, искристый.
Странствующий рыцарь
В золочённых латах
Пил его водицу,
И бедняк в заплатах.
1990
Мне свою судьбу не переспорить,
В гавани твоей не стать на якорь.
Бросила, смеясь, монету морю,
Обещала в поезде не плакать.
До свиданья, мой приморский город!
Я к тебе вернусь однажды летом…
Волны воют вслед: Mеmento mori!
Решкой ли, орлом на дне монета?!
2005
Знаешь, эта ночь – начало лета.
Как куранты, ухнула сова.
Уличные резкие слова.
Дым дешёвой горькой сигареты.
Шёпот листьев.
Хохот пацанов.
Визг девчат.
Собачий лай – что эхо!
Голосом взволнованного эльфа
гитарист, красивый пустослов,
распевает глупые куплеты.
Слушать – скучно!
Не расслышать – жаль…
Но уже расслышала душа:
В этой ночи главное – не это…
1991
Позади десять лет суеты,
В чемодан упакованы вещи.
Здесь останется школа и ты.
Новый мир мне судьбою обещан.
Ухожу в города, навсегда.
Вы не поняли, что я царевна! —
Может быть, в этом наша беда,
Мой любимый и моя деревня.
Я рыдала всю ночь напролёт,
Ну а вы умирали от смеха.
И не знаю я, что меня ждёт,
Но уверена: надо уехать!
1991
Одно прошу у небеси:
Минувшим счастьем не беси!!!
1991
«А может, мы ещё вернёмся…»
А может, мы ещё вернёмся
На ту скамейку у ворот,
И в синий вечер окунёмся,
Как пчёлы в мёд…
Весёлый смех рекой польётся
Сквозь разлучавший нас туман,
И звонкой песней отзовётся
Любимый Женька-хулиган.
Ночная бабочка взовьётся
Над жарким пламенем костра.
Забудем до восхода солнца,
Что по домам давно пора.
Попробуй, к прошлому притронься,
Теперь, спустя так много лет!
А, может, мы туда вернёмся?
А, может, да? А, может, нет?
1993
В твоїх очах – московськi зорi…
В твоїй усмiшцi – темний сум.
Тобi, напевне, сниться море,
I вiтра обережний шум.
I бiлоснiжний цвiт каштанiв.
Легкої сукнi бiлий щем
Червоний лагiдний свiтанок
I степ, напоений дощем.
Не буде пусто святе мiсце.
Не стане мертвим Третiй Рим.
Навiк розлучена с дитинством
Ти станеш рiдною чужим.
Тобi дадуть росiйський паспорт -
Воронi бiлiй в зграї стан.
Малесенький шматочок щастя —
Убога латка на сто ран.
А роки нагнiтають смуту,
А серце памятае все.
I по ночам ти будеш чути
Печаль українських пiсень.
I бачить божевiльний танок
Нiмф яблуневого садка.
У час травневого серпанка…
Що смерк на вiчнiї вiка.
2003
Я иду, топчу Москву ногами
Полными, крестьянскими, тяжёлыми.
Мне грозят троллейбусы рогами,
Фарами подмигивают жёлтыми.
На меня ларьки, витрины выпуча,
Загляделись, как на чудо божие.
Думают: как выпрыгну, как выскочу,
да как вездеход – по бездорожию!
Думают: живучая, могучая,
И не лезут к женщине, трусливые.
Ну а я – девчонка невезучая,
Да и баба-дура несчастливая.
Я вообще с Украины, приезжая.
Поторгую, суму скину полную
С луком, салом, мёдом да орехами.
Поменяю деньги на купоны я…
В поезде – сердитая и пьяная
Потираю ноги-руки, ойкаю.
Что ж вы натворили, окаянные
Черти! Что вы делаете с Зойкою!
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу