Рахиль Ра - Стихи

В сияние алмазов и камней,
В полной эпилепсии удара,
В брызгах ты бежишь ко мне,
В блеске плеч твоих от загара.
Из воды выходишь, я любуюсь.
Солнце за спиной, волны синие.
Если речка — вода зеленая.
Ты любимая и красивая.
Плещется прибрежная волна,
Раковины ищешь и стекляшки,
Нежностью и радостью полна.
Что-то мне любовь опять прокашляла.
В даль зовет дорога, в путешествие.
Третье ли, четвертое пришествие.

Я больше не могу, я кофе пью сегодня.
Я знаю, что хочу сказать тебе.
Что вреден алкоголь — со смертью жизни сводня.
Хозяин сам своей судьбе.
Есть в жизни много антидепрессантов —
Луч света и Кумары, сам ты,
Есть вдохновение, любовь и муза.
А синем море плавает медуза.

Я раскована и распущена,
Просто спущена с тормозов.
Я развратная и напы́щенная,
Я иду на твой вечный зов.
Зов звериный и первобытный
В генетической памяти. Вздрогнул
Муравьями мой мозг изрытый,
Застонал, что рано — не поздно.
Поздно плакать о неисправностях
Не в твоей не в моей судьбе.
Всё во мне — чистая нравственность.
А зачем она мне и тебе.
Жизнь, натянутая на пяльцы.
Вышивают твои пальцы.

Я знаю эту семью давно.
В крови как всегда закипает вино.
Такие тонкие души и осторожные.
Какая-то искра в них, наверное, божья.
Когда-то нам ванна была постелью,
Когда еще детей мы не нарожали,
Потом пели песни над колыбелью,
Над каждым взмахом ресничек дрожали.
Тела их сильны, желания — верх азарта,
Сегодня живем, а что будет завтра?
Когда потечет река Смородина.
Но жизнь дарит новые нам угодья.
Угодья добра, теплоты и страстей.
И радуют новые семьи из наших детей.

«Любовь в Кашмире»,
Нет — в кошмаре.
Индийский танец рыбака.
Устали руки и бока,
Нет не бока, а мои бедра,
Наполненные сном, железом.
На них висели в силе ведра,
С водой и молоком облезлым.
Носил ты бревна на плечах,
А я на бедрах. Шли из леса.
Деревья мы с тобой тащили,
Чтоб огоньки играли бесами.
Чтоб был согрет огнем мангал,
Чтоб уголь сказку рассказал.
«Ты чёртушка», — так ласково, лохмато.
Я чёртушка — была твоя когда-то.

Ты с лошади упал — мне было больно.
Знакомый хруст костей и гипс опять.
Развелся с дочкой, это слишком поздно,
События слюнявить обсуждать.
И всё же — зять — их бывших не бывает,
Как бывших и заброшенных детей.
Звезда над Сфинксом засияет
От путешествий, свежих новостей.
Я для тебя рисую голограмму.
Ты Василиск или другое чудо.
Ты больше не пугай меня и маму,
И Настю береги — она повсюду.

Хочу тебя понять, а ты уходишь.
Хочу тебя узнать, а ты молчишь.
В каких кругах ты хороводишь?
Каким ты пламенем горишь.
Огнем холодным борного эфира,
Огнем горячим антрацита.
Какой иглой украденной из мира,
Наполнена тобою плазмы цита.
Откуда прилетают к тебе мысли?
О чем они, и где твои рисунки.
Твое вино сегодня не прокисло?
Когда уйдешь ты в кенгуру из сумки.
Через себя, вокруг ты обернешься,
Завоешь волком, шерсть оставив на подушке.
Когда в себя, к себе вернешься,
От шкур освободив удушье.
Стучат виски, глаза устали,
Друг друга елки не узнали.

Я кальций, а я магний.
Давай с тобой поспорим,
Кому нужнее люди.
Помочь всегда им рад.
Чуть-чуть преобразуюсь,
Не много поколдую.
Я принят и приятен, как магний стеарат.
А я твоя таблетка, уже совсем не детка.
И не пчелиный трутень, уже совсем не труп.
Помочь тебе стараюсь не рейком.
Путь мой труден.
А лучше выпей водки.
Сотри меня забудь.

Ты почему сегодня издеваешься,
Посуду бьешь, водой плескаешься,
Зеленый стал, ну что с тобой?
Ты заболел, мой Домовой.
Тебя согрею, расчешу,
Вареньем сладким угощу.
Напрыгался ты по болотным кочкам.
Ты в босоножке в уголочке
В моей сидишь, ворчишь, чихаешь.
О чем не знаю я — ты знаешь.
Лежать на коврике приятно вместе.
Озноб охватит на закате.
Испачкан кто-то мною в тесте.
В жару и в печь и на лопату.
Кричать от боли бесполезно.
Я не люблю котов облезлых.
Чужая боль, возьми елей,
Меня ты тоже не жалей.