Дмитрий Дарин - Поспели травы

Но почему сейчас? И что это за бунт?!
Бывали времена похуже, голодней.
И отступленье позади, и хлеба – вдоволь.
Ведь в Петрограде – всего лишь перебои – хлеб должен быть.
Как, Николай Владимирович?

Извольте, ваше величество.
Да позволено мне высказать и мнение мое, и многих
О неудачах в делах гражданских…

Вам помешал понять Победоносцев —
Реформы все же неизбежны.
Понятно было все двенадцать лет назад —
Вы дали российскому народу Думу,
Но исполнительную власть решали сами.
И кто был выдвинут – какие люди?
Министр Плеве – держиморда и подлец.
Прости, Господь, что в этом тоне о покойном.
А губернатор Петербурга Трепов?
Ведь это он обязан был сказать всю правду
О Кровавом воскресенье, о расстрелянных рабочих,
Которых вы простили так великодушно,
А не возить покорных депутаций.
Тогда – двенадцать лет назад все началось, а не сейчас.
А как бездарно мы втянулись в войну с микадо?
Зачем, зачем не отдали японцам мы Кореи,
Которой нам не нужно вовсе было?
Когда Маньчжурия – почти в протекторате?
И вместо этого – мы сдали Порт-Артур,
Какой позор, какое униженье!
Вот вам и маленькая
Победоносная война. И для того лишь, чтоб Витте
Корею официально за Японией признал.
А заодно
И Сахалин, и Порт-Артур. Кто так готовился к войне —
Министр Куропаткин!
А кто готовил Родину к войне текущей?
Почтенный старец
Горемыкин, что имени не помнит, верно, своего.
За два с немногим года, что идет война,
Вы заменили четырех премьер-министров,
И что важнее – столько же военных.
От этого у нас «снарядный голод»,
И хоть сейчас полегче, но только эти люди виноваты,
Что мы от Кракова так откатились, отдав Галицию, Волынь,
Утратив Польшу и Литву, Курляндию опять же.
И потеряли миллионы человек, и лучших офицеров.
Предательством лишь можно это объяснить.
И в армии давно уж нижние чины толкуют,
Что, извините ради Бога, императрица замешана
В переговорах с кайзером. Не может немка, мол, добра желать России.
Что через покровительство ее «святому старцу», которого
Давно в народе «вором» кличут, посты в правительстве
Налево и направо распутинским кагалом продавались.
А заплативший служит не России – тому, кому платил!
Григорий – роковое имя для монархов…

Достаточно!

Вы говорите о министрах-думцах.
Но что это за люди? Ответственным нельзя быть перед Думой,
Которая не сможет никогда в себе самой договориться.
Ответственным быть можно только перед Богом.
Один он ведает и смысл пораженья, и цену всех побед.
Ошибки неизбежны – ни в войне, ни в управленье,
Но царь, помазанник, один лишь может интерес иметь – Россию.
Когда же власть на части распадется,
То распадется и страна – по интересам.
А главный интерес у Думы – править без царя.
Но вот куда же править?
И где же это видано, чтобы на судне, особенно военном,
Прокладывать маршрут голосованьем?
А мы сейчас – как раз такой корабль.
И в дни, когда блеснул маяк надежды на успех,
Когда причал и гавань уже видны,
Сейчас лишиться капитана?
К тому ж, не забывайте,
Ведь есть еще матросы, которые по праву
Потребуют участья в управленье кораблем.
Нет, нет, я не могу отдать на растерзание
И без того израненную землю.
И как наш великий предок, повторяю —
Не за меня, а за Отечество, врученное нам Богом,
Мы поведем войска к победе по весне.

Но ждать нет времени.
Как сообщают телеграммы с мест,
Власть в воздухе повисла, и оборваться может каждый час.
Уж лучше уступить правительство, но сохранить
Династию, Россию.

Вы предлагаете мне царствовать, не править,
Удел не самодержца, не царя,
Мои потомки – чем себя прославят, —
Что были ширмой для министров и ворья?
Вы предложили мне стать символом, но символом чего?

Парламентской России.

Но уж двенадцать лет, как нет самодержавья
В том абсолютном смысле, который так всех раздражал.
Уж сколько лет, как Дума контролирует бюджет —
Основу управленья. И то – к согласью редко приходили.
Теперь они хотят к тому же контролировать министров.
Все это будет лишь похоже на грызню шакалов вкруг трупа льва.