Алексей Плещеев - Полное собрание стихотворений

Головой седой поник.

И по старческим морщинам

Тихо катится слеза...

Горе деда разглядели

Внука зоркие глаза.

И звучит ребенка слабый

Голосок еще грустней:

"Не дождусь я, видно, мамы -

Не дождусь и теплых дней!"

<1870>

* * *

Он в белом гробике своем

Лежал, усыпанный цветами;

Деревья тихо под окном

Качали темными ветвями.

На крепко сомкнутых губах

Улыбка кроткая застыла,

И что-то радостное было

В его младенческих чертах.

Казалось, спал он и видений

К нему нисходит светлый рой,

А не сразил своей косой

Ребенка мрачный смерти гений.

С глазами, красными от слез,

Бледна, исполнена печали,

Склонилась мать над ним. Вопрос

Уста дрожащие шептали:

"Зачем родился ты на свет,

Когда лишь ранняя могила

Тебя ждала? Какая сила

В ночь превратила твой рассвет?"

Напрасно! На вопросы наши

Не даст ответа рок - он нем;

Но лучше, верь мне, лучше тем,

Кто лишь коснулся жизни чаши.

Счастлив заснувший беспробудно

Младенец твой! Не спросит он,

Изнемогая в битве трудной,

Путем тернистым изъязвлен:

"Зачем на свет я был рожден?"

<1871>

* * *

Блаженны вы, кому дано

Посеять в юные сердца

Любви и истины зерно.

Свершайте ж честно, до конца

Свой подвиг трудный и благой,

И нет награды выше той,

Что вас за этот подвиг ждет:

Роскошный цвет, обильный плод

При жизни вашей принесет

Добро, посеянное вами.

Когда ж пробьет прощальный час,

С благоговеньем и слезами

Опустит в землю юность вас.

Но горе вам, коль захотите

Умы вы ложью омрачить;

Позора вы не избежите,

Пятна вам с совести не смыть!

Кто жаждет знанья, жаждет света,

Тем не ужиться долго с тьмой.

Придет пора, спадет долой

С их глаз повязка, что надета

Была предательской рукой;

Оковы рабства, бездну зла,

К которой ваша ложь вела,

Увидев, юность содрогнется,

Полна и скорби и стыда.

От лжеучителей тогда

Она с проклятьем отшатнется;

И имена их презирать

Своих детей научит мать!

<1871>

ВЕСЕННЕЙ НОЧЬЮ

Над росистыми лугами

Ветерок ночной гуляет,

Разговор ведет с цветами,

Травку тихо колыхает.

Над заснувшею долиной

Звезды яркие зажглися;

Звуки песни соловьиной

Из-за леса полилися.

Этой ночью не сидится

В душной комнате. Работа

Никакая не спорится,

И бежит от глаз дремота.

В эту ночь сильнее просит

Счастья сердце молодое;

Старика мечта уносит

В невозвратное былое.

Даже тот, чей взор слезою

Злое горе застилает,

Кто поник в борьбе с нуждою,

На мгновенье отдыхает

И, утешенный приветом

Расцветающей природы,

Забывает, что с рассветом

Вновь прийти должны невзгоды.

<1871>

ТОСТЫ

Первый тост наш - за науку!

И за юношей - второй.

Пусть горит им светоч знанья

Путеводною звездой.

Пусть отчизна дорогая

И великий наш народ

В них борцов неколебимых

За добро и свет найдет.

Третий тост наш - в честь искусства!

Воздадим хвалу тому,

Кто обрек себя всецело

На служение ему.

Всем, кто будит в людях словом,

Кистью, звуками, резцом

Красоты и правды чувство, -

Мы привет горячий шлем.

Не забудем также, братья,

Добрым словом помянуть

Тех, навек от нас ушедших,

Что, свершив свой трудный путь

И до гроба сохранивши

В сердце преданность добру,

Произнесть могли с поэтом:

"Знаю: весь я не умру".

Пожелаем, чтоб являлось

На Руси побольше их,

Чистых, доблестных, живущих

Лишь для подвигов благих.

Пожелаем, чтоб не меркло

Над родимой стороной

Солнце разума и знанья,

Солнце истины святой...

<1871>?

ВЕСНА

Уж тает снег, бегут ручьи,

В окно повеяло весною...

Засвищут скоро соловьи,

И лес оденется листвою!

Чиста небесная лазурь,

Теплей и ярче солнце стало,

Пора метелей злых и бурь

Опять надолго миновала.

И сердце сильно так в груди

Стучит, как будто ждет чего-то,

Как будто счастье, впереди

И унесла зима заботы!

Все лица весело глядят.

"Весна!" - читаешь в каждом взоре;

И тот, как празднику, ей рад,

Чья жизнь - лишь тяжкий труд и горе.

Но резвых деток звонкий смех

И беззаботных птичек пенье

Мне говорят - кто больше всех

Природы любит обновленье!

<1872>

ДЕТСТВО

Мне вспомнились детства далекие годы

И тот городок, где я рос,

Приходского храма угрюмые своды,

Вокруг него зелень берез.

Бывало, едва лишь вечерней прохладой