Нет, не смеешься, знаешь
Ты светлый путь теперь,
И тихо повторяешь:
– Ищи меня, и верь. —
4(17) мая 1922
«К земле уже не тяготея...»
К земле уже не тяготея,
Бессмертным днем озарена,
Смерть победивши, Алетея
Со мною соединена.
Бегущее темно и лживо,
Но где она, всегда светло.
Не умерло, что было живо,
Хотя б неузнанным ушло.
Померкли очи Серафима,
Погасла пламенная речь.
Смеется рок неумолимо
Над бедною надеждой встреч.
Прожорливы земные реки,
Безумны сказки бытия,
Погибла госпожа навеки,
Распались пальчики ея,
И в час, когда моя машинка
Выстукивала скорбный зов,
Последняя стремила льдинка
Ее вдоль мертвых берегов.
Земные люди увидали
Ее спокойное лицо,
С ее руки простертой взяли,
И возвратили мне кольцо.
И я, от скорби каменея,
Поцеловал ее уста, —
Меня любила Алетея,
Светла и пламенно чиста.
20 мая (2 июня) 1922
«Вспомни, Элоиза, нежные уроки...»
Вспомни, Элоиза, нежные уроки,
Что давал когда-то мудрый Абеляр.
На земле ты снова, вкруг тебя морлоки,
Ты для них нежданный, но желанный дар.
Красота и мудрость, сладостные речи,
Милая улыбка и небесный взор, —
Но не в них морлокам обаянье встречи,
И с тобой недолог будет разговор.
Ты пришла к морлокам с вещими речами,
Но сама не знаешь, что ты им несешь.
Видишь, Элоиза? печь полна дровами.
Слышишь, Элоиза? точат острый нож.
21 мая (3 июня) 1922
«Головой о стены бейся...»
Головой о стены бейся,
Падай на пол с криком диким,
И потом безумно смейся
Над ничтожным, над великим.
Нить прочна у старых Парок,
Крепок яд у старой Нессы!
Не износишь их подарок,
Не прорвешь ты их завесы.
17(30) июня 1922
«Любовь к земле недолго мучит...»
Любовь к земле недолго мучит.
Увянут радость и печаль.
Земная прелесть вся наскучит,
Когда неведомый научит:
– К иному берегу причаль.
Челнок плывет, качаясь мерно.
Его уносит мощный ток.
Уже душа не суеверна,
И вещий кормчий правит верно
Туда, где берег невысок.
18 июня (1 июля) 1922
Пелена тумана
На вершинах горных.
Солнце встало рано.
Мгла в ущельях черных.
Узкая тропинка
Кремешками блешет.
Сердце, как былинка,
По ветру трепещет.
Путь мой из долины
Весь окутан мглою.
Не видны вершины
В тучах надо мною.
С гор струятся воды,
Шумны и суровы.
Где ж моя свобода?
Что ж мои оковы?
19 июня (2 июля) 1922
«Перешагнешь, но не уйдешь....»
Перешагнешь, но не уйдешь.
Она веще, всегда с тобою
Дневную побеждает ложь
Ночною вещей ворожбою.
Глядят закрытые глаза,
И дивный взор их тайно ранит,
Но малодушная слеза
Уже его не затуманит.
В невозмущенной тишине
Недвижны маленькие руки,
Но проведут тебя оне
Сквозь все томления разлуки.
В блаженно-ясные места,
Где ты Ее услышишь слово,
Где бездыханные уста
Откроются улыбкой снова.
21 – 22 июня (4 – 5 июля) 1922
Росою травы живы,
Слезой блестят глаза.
Порой улыбки лживы,
Правдива ты, слеза.
Кто мир переиначит?
Все надо нам принять.
И горько, горько плачет
Росой Деметра-Мать.
На землю не вернется
Ушедшая в Аид,
И больно сердце бьется
Под жилами обид.
Что тяжко Олимпийским,
Как нам перенести?
И нам ли к Элизийским
Полям открыть пути?
Но Тот, Кто правду знает,
Пришедший к нам Христос,
Нам вечно повторяет
Обетованье рос.
И что Любовь незримо
Сковала в два кольца,
Пребудет невредимо
В обителях Отца.
22 июня (5 июля) 1922
Багряно и страстно
Горел небосклон,
И солнце, чудовищно красно,
В лиловый склонялося сон.
Пылали огнями
Лучи и мечи.
За алыми в небе холмами
Сверкали алмазно ключи,
И золото рдело,
И плавясь текло.
Змеи пламеневшее тело
Рекой винно-алой ползло.
Земные бессилья
Сжигалися там,
Где пламенных ангелов крылья
Лазурный наполнили храм.
Читать дальше