Я звал пророков и певцов.
Их правдой жаждал я упиться,
Но перед правдой мудрецов
Не хочет сердце преклониться.
Я стал испытывать себя, —
Пороки, ложь и мрак полночный,
Всё молодое загубя,
Царят в душе давно порочной.
Смотрю вокруг, – и мрак и грязь
Ползут отвсюду мне навстречу,
Союзом гибельным сплотясь...
Чем я на вызов их отвечу?
Весь мир для сердца уяснить
Стремился я безумно, жадно.
Увы! связующая нить
Мне сердце режет безотрадно.
Родник надежд, родник страстей
Камнями тяжкими завален, —
Пол грудой мертвою камней
Их ропот стонущий печален, —
Но не смолкает ни на миг
Струи живительной биенье, —
О нет, не высох мой родник
И не иссякло вдохновенье.
Работай, чистая струя,
Кипи, кипи под темным гнетом,
И в неизвестные края
Несись стремительным полетом.
24 января 1894
«С тех пор, как тебя полюбил я...»
С тех пор, как тебя полюбил я,
Другое я всё ненавижу, —
С тех пор, как тебя полюбил я,
Тебя только слышу и вижу.
И сам на себя я дивлюся, —
Как раньше не мог я заметить,
Что всюду, о смерть, ты владеешь,
А жизни нигде нам не встретить.
12 июня 1894
«Жуткий полдень дышит зноем...»
Жуткий полдень дышит зноем, —
Я ищу святой тропы:
Убаюканной покоем
И далекой от толпы.
Вот не это ль заповедный
Сад, желанный сад, куда
Для тоски, подруги бедной,
Не отыщется следа?
Вижу роскошь полевую,
Озаренную весной,
Слышу песенку живую,
Окрыленную мечтой,
И, трудами утомленный,
Созерцаю я закат,
В Бога светлого влюбленный
В ложе влажное возврат.
Но на пологе румяном
Промелькнула чья-то тень.
– Грусть! ни правдой, ни обманом
Не даешь ты мне хоть день.
14 июня 1894
«Воспитанник природы дикой...»
Воспитанник природы дикой,
Не проливал я детских слез,
И бремя бедности великой,
Как бремя царственное нес.
Застенчивый ребенок,
И тем утешен я бывал,
Что мир, и красочен, и звонок,
Передо мною расцветал.
Я молча шел своей дорогой,
Мечтою сердце обольстя,
Молчаньем бился я с тревогой,
Таил печаль, не как дитя.
19 – 20 июля 1894
«За окном пробежали ребята...»
За окном пробежали ребята,
Прозвучали их крики и смех.
Для души моей были когда-то
Эти крики – источник утех.
А теперь на беспечное детство
Я с холодной тоскою гляжу,
И мое роковое наследство
Беспечальной игрой не бужу.
25 сентября 1894
Вина неискупленная,
Болезнь неисцеленная,
Обида неотмщенная,
Тоска непобежденная,
Услада беззаконная!
И цель недостижённая, —
Вот, жизнь, твои дары!
Бессонные томления,
Больные угрызения,
Безумные кипения,
Борьба без одоления,
Напрасные лишения
И смерть в объятьях тления, —
Вот что тебе несем!
2 октября l894
Опять...
Сердце мое изнемогшее
Резкою болью пронизано
Опять.
Бледен стою без движения,
Переживая страдания
Опять.
Замер в тоске утомительной.
Резкая боль возвращается
Опять.
4 октября 1894
«Трепетно падают лилии белые...»
Трепетно падают лилии белые
В бездну забвения, черную, мглистую.
Тихо поникли мечты помертвелые.
Вспомнил я чью-то улыбку лучистую.
Смутно мерцают огни.
Кто-то проходит. Взгляни!
Что это? Страшное, гневное, злобное,
Веет тоскою и веет отчаяньем,
Смерти таинственной странно подобное,
Полное зноем и диким страданием.
22 октября 1894
«Умертвили царицу мою...»
Умертвили царицу мою,
Схоронили в могиле немой
Чаровницу мою.
Я глубоко печаль затаю,
Замолчу перед злою толпой.
Спи в могиле, царица моя,
До желанной и светлой весны,
Чаровница моя!
Вешней молнии брызнет струя,
И прольются весенние сны,
И разбудят царицу мою,
Воззовут от могильных ночей
Чаровницу мою.
Я глубоко тоску затаю,
Я не выдам печали моей.
9 ноября 1894
«Давно уж я покинул Сину...»
Давно уж я покинул Сину,
Столицу королевства Рэй,
Но помню странную картину,
Красу дворцовых галерей;
Читать дальше