Марина Цветаева - Полное собрание стихотворений

Дугой согбен, всё ж – гордая спина!

Не окриком, – всё той же барской блажью

Тебе работа задана.

Выменивай по нищему Арбату

Дрянную сельдь на пачку папирос —

Всё равенство нарушит – нос горбатый:

Ты – горбонос, а он – курнос.

Но если вдруг, утомлено получкой,

Тебе дитя цветок протянет – в дань,

Ты так же поцелуешь эту ручку,

Как некогда – Царицы длань.

Июль 1920

И если руку я даю —

То погадать – не целовать.

Скажи мне, встречный человек,

По синим по дорогам рек

К какому морю я приду?

В каком стакане потону?

– Чтоб навзничь бросил наповал —

Такой еще не вырос – вал.

Стакан твой каждый – будет пуст.

Сама ты – океан для уст.

Ты за стаканом бей стакан,

Топи нас, море-окиян!

А если руку я беру —

То не гадать – поцеловать.

Сама запуталась, паук,

В изделии своих же рук.

– Сама не разгибаю лба, —

Какая я тебе судьба?

<���Июль 1920>

– Сколько у тебя дружочков?

Целый двор, пожалуй?

– После кройки лоскуточков,

Прости, не считала.

– Скольких перепричащала?

Поди, целый рынок?

– А на шали бахроминок,

Прости, не считала.

– А сердца покласть в рядочек —

Дойдешь до Китая?

– Нынче тиф косит, дружочек!

Помру – сосчитаю.

Две руки – и пять на каждой —

Пальчиков проворных.

И на каждом – перстенечек.

(На котором – п о два.)

К двум рукам – все пальцы – к ним же

Перстеньки прибавить —

Не начтешь и пятой доли

<���Всех>, кого любила!

<���Июнь – июль 1920>

Ветер, ветер, выметающий,

Заметающий следы!

Красной птицей залетающий

В белокаменные лбы.

Длинноногим псом ныряющий

Вдоль равнины овсяной.

– Ветер, голову теряющий

От юбчонки кружевной!

Пурпуровое поветрие,

Первый вестник мятежу, —

Ветер – висельник и ветреник, —

В кулачке тебя держу!

Полно баловать над кручами,

Головы сбивать снегам, —

Ты – моей косынкой скрученный

По рукам и по ногам!

За твои дела острожные, —

Расквитаемся с тобой, —

Ветер, ветер в куртке кожаной,

С красной – да во лбу – звездой!

<���Июль 1920>

Не хочу ни любви, ни почестей:

– Опьянительны. – Не падка!

Даже яблочка мне не хочется

– Соблазнительного – с лотка...

Что-то цепью за мной волочится,

Скоро громом начнет греметь.

– Как мне хочется,

Как мне хочется —

Потихонечку умереть!

<���Июль 1920>

Смерть – это нет,

Смерть – это нет,

Смерть – это нет.

Нет – матерям,

Нет – пекарям.

(Выпек – не съешь!)

Смерть – это так:

Недостроенный дом,

Недовзращенный сын,

Недовязанный сноп,

Недодышанный вздох,

Недокрикнутый крик.

Я – это да,

Да – навсегда,

Да – вопреки,

Да – через всё!

Даже тебе

Да кричу, Нет!

Стало быть – нет,

Стало быть – вздор,

Календарная ложь!

<���Июль 1920>

Ты разбойнику и вору

Бросил славную корону,

Предку твоему дарованную

За военные труды.

Предок твой был горд и громок, —

Правнук – ты дурной потомок.

Ты разбойнику и вору

Отдал сына дорогого,

Княжью кровь высокородную.

Бросил псам на площади.

Полотенцем ручки вытер...

– Правнук, ты дурной родитель.

Ты разбойнику и вору

Больше княжеской короны

Отдал – больше сына! – сердце,

Вырванное из груди.

Прадед твой гремит, вояка:

– “Браво! – Молодцом – атака!”

<���Июль 1920>

Я вижу тебя черноокой, – разлука!

Высокой, – разлука! – Одинокой, – разлука!

С улыбкой, сверкнувшей, как ножик, – разлука!

Совсем на меня не похожей – разлука!

На всех матерей, умирающих рано,

На мать и мою ты похожа, – разлука!

Ты так же вуаль оправляешь в прихожей.

Ты Анна над спящим Сережей, – разлука!

Стрясается – в дом забредешь желтоглазой

Цыганкой, – разлука! – молдаванкой, – разлука!

Без стука, – разлука! – Как вихрь заразный

К нам в жилы врываешься – лихорадкой, – разлука!

И жжешь, и звенишь, и топочешь, и свищешь,

И ревешь, и рокочешь – и – разорванным шелком —