Дмитрий Держируков - После разлук

В жизни однажды лишь счастье приснится, —
Взгляд мимолетный и нежные руки…
Вы далеки, словно озеро Рица,
В синих предгорьях щемящей разлуки.

В Москве беспутной, в толпе безбрежной,
Когда безликая круговерть,
Мелькнул твой профиль, забытый, нежный,
Как будто жизнь победила смерть.

В метро – безумье… в час пик – Ходынка, —
Орда ль Мамая летит спеша?
Ты здесь случайно… из легкой дымки,
Из светлой дали сюда пришла.

Вагон – ловушка… смятенье, сжатость, —
Везут как будто всех на убой.
Но ты – надежда моя и святость,
И счастье – рядом стоять с тобой.

Не твой удел – в суете московской
Смотреть на мелочные дела.
Ведь ты, с иконы взглянув рублевской,
На землю грешную снизошла.

А я не видел тебя так долго
И не касался твоей руки.
Жизнь убежала, как в песне Волга, —
Уж брезжат старости маяки.

Ах сколько минуло… не вернешь
Тот день, что был бирюзой осыпан…
Лишь ты одна мою боль поймешь…
И ты открыла «Космополитен».

В ту зиму, когда я тебя повстречал,
Был город задумчив и тих.
И голос тревоги во мне зазвучал
От слов непонятных твоих.

Молчал, словно нищий у церкви, февраль,
Покорный снегам и ветрам.
И неба холодного тусклая сталь
Мерцала сквозь дым по утрам.

Привычными были слова и дела,
Безмолвными были дома.
О жизни минувшей исчезла молва,
Зима… в целом мире зима.

Холодною болью замерзших дорог
Застыл белых улиц набат.
Где солнце дневное, твой край, твой чертог?
Где слезы вчерашних утрат?

Ведь ты, как и я, этой жизнью больна,
Всем тем, что случилось в стране.
И только душою, быть может, вольна
О нежной грустить старине.

Не будет уже ничего никогда,
Погаснут былые огни.
Придут незаметно иные года,
Вот только… другие они.

Лишь ночью приснится забытый причал
Да ветер скитаний лихих…
В ту зиму, когда я тебя повстречал,
Был город задумчив и тих.

Я был рожден для ласковой весны, —
Ее надежд, любви и ожиданий.
Не для житейской стыни и страданий,
А чтобы видеть неземные сны.

Я был рожден для солнечных долин,
Где белые сады колышет ветер,
Где лик Спасителя над домом светел…
А рядом мать, отец… и я, их сын.

Я был рожден, чтоб нежных лицезреть,
И никогда ни с кем не расставаться,
И в отчем доме навсегда остаться,
И о любимых сердцем не скорбеть…

Сквозь череду годов я видел сны, —
Так было много боли и скитаний…
И я земных не вынес испытаний
И не дождался ласковой весны.

Смуглый день за рекою звенит
Золотыми дубравами лет.
Серебристые листья ракит
В небо льют свой загадочный свет.

Вдоль веселых откосов зовет
В даль еще не примятая пыль.
Медуница огнями цветет,
И разлукою пахнет ковыль.

Все на свете когда-то пройдет,
Словно нежная грусть на заре.
Скоро кто-то навеки уйдет, —
И покинет свой дом в сентябре.

Неизбывная даль исцелит
От предчувствий и темных примет…
Смуглый день за рекой отзвенит
Золотыми дубравами лет.

Я понимаю боль родной земли
И тех, кого навеки провожаю,
Когда тоскуют в небе журавли,
Когда в ночные дали уезжаю.

Я помню тех, кто нынче не придет,
Кому не так уж радостно на свете,
Когда, как дым, черемуха цветет
И майской ночью зеленеют степи.

Я помню утра золотистый свет,
Не тронутый ни взглядом, ни руками,
Когда над белой заводью рассвет
Плывет неслышно вместе с облаками.

И ту одну, кто в солнечной дали
Все ждет меня, когда я уезжаю…
Я не забуду боль родной земли
И тех, кого навеки провожаю.

От золотистых дней к серебряным ночам
Ведут сказанья.
Не верь весне и вкрадчивым речам, —
Тем обещаньям,

Которые звенят, пленяют и зовут,
Как скрипки пенье.
В них забываешь все: и дом, и свой уют,
Ища спасенья.

Чтобы найти судьбу, припасть к плечам,
Постичь желанья…
От золотистых дней к серебряным ночам
Ведут сказанья.

Не верьте, что были желанья напрасны,
Когда в захолустье кончается жизнь.
И в ночь штормовую грузите баркасы,
Чтоб в сумраке волн над судьбой вознестись.