Сергей Есенин - Том 6. Письма

Сейчас я в Москве. Приехал в надежде увидеть Вас, а Вы ~ все едете …— Есенин вернулся в столицу из родных мест не позднее 22 сент. (согласно словам А. Белого — «Здесь сейчас Есенин» — из письма к Иванову-Разумнику от 23 сент. 1918 г.) и тогда же, скорее всего от Белого, узнал о том, что Иванов-Разумник собирается в Москву. «Во что бы то ни стало хочу быть в Москве к 20-му сент.», — писал тот Белому 5 сент. (РГБ, ф. А. Белого). Это намерение не осуществилось: Иванов-Разумник приехал в Москву лишь 18 дек. 1918 г. «на два-три дня» (РГБ, ф. А. Белого). Состоялась ли тогда встреча Есенина с критиком, неизвестно.

… если нужно будет приехать в Петроград ~ то я приеду . — Скорее всего, эта поездка не состоялась.

Кланяйтесь Клюеву . — О том, что Клюев в то время был в Петрограде, Есенин мог узнать от того же А. Белого, в письме к которому от 16 авг. 1918 г. Иванов-Разумник упомянул об этом факте (РГБ, ф. А. Белого).

Я ему посылал телеграмму …— Эта телеграмма неизвестна.

90. А. Белому . Конец сентября 1918 г. (с. 103). — Есенин 5 (1962), с. 133, с ориентировочной датой: «1918 г.».

Печатается по автографу (РГБ, ф. А. Белого).

Датируется временем проживания автора по указанному в письме адресу (см. реальный коммент.).

… хотел Вас сегодня видеть и не могу. Лежу ~ в постели . — Первая встреча Есенина с Белым по возвращении их в Москву осенью 1918 г. состоялась не позже 22 сент. (см. коммент. к п. 89). О другой (?) их тогдашней встрече Белый в «Раккурсе к дневнику» записал: «В последних числах <���сентября> возвращаюсь и заболеваю; значительный разговор с Есениным во время моей болезни» (РГАЛИ, ф. 53, оп. 1, ед. хр. 100, л. 95). Во время этой болезни Есенин, по словам Белого, заходил к нему не раз:

«Помню наши встречи и в период, когда я лежал на Садовой-Кудринской. Пришел Есенин, сел на постель и стал оказывать ряд мелких услуг. И произошел очень сердечный разговор, о котором упоминать нет никакого смысла, потому что разговор человека с человеком невспоминаем» (Восп.-95, с. 187).

Болезнь Белого, судя по «Раккурсу к дневнику», закончилась примерно в первых числах октября.

Черкните мне …— Письма Белого Есенину неизвестны. В личной библиотеке Есенина была книга Белого «Рудольф Штейнер и Гёте в мировоззрении современности: Ответ Эмилию Метнеру на его первый том „Размышлений о Гёте“» (М., 1917) с дарственной надписью автора (списки ГМЗЕ); ее местонахождение также неизвестно.

Скатертный пер., ~ Кашиной для С. Е . — О том, что в момент написания письма Есенин жил по этому адресу, свидетельствует не только его содержание, но и бумага, на которой оно написано. В левом верхнем углу листа — тисненая «серебром» монограмма «ЛК» (обе буквы переплетены друг с другом). Очевидно, это была «личная» бумага владелицы дома. Л. И. Кашина одновременно была и владелицей усадьбы в родном селе Есенина. По воспоминаниям А. А. Есениной, «приезжая летом в деревню, Сергей бывал в барском доме: он дружил с Л. И. Кашиной» (Восп., 1, 59). Сохранилась конспективная запись воспоминаний самой Л. И. Кашиной, сделанная С. А. Толстой-Есениной в 1926–1927 гг.: Есенин читал Кашиной стихи «на пароходе, когда ехали в Москву — сентябрь-октябрь 1918 г. Хотел провести зиму восемнадцатого года в деревне, работать, читать, следить за жизнью и литературой, но переждать в деревне. Кашину выгнали из дома, пришли сведения, что отбирают ее дом в Москве. Она поехала в Москву, он поехал ее провожать. Первое время жил у нее» (Письма, 461; время возвращения Есенина и Кашиной в Москву, указанное здесь ею ориентировочно, уточняется по вышеупомянутому письму Белого к Иванову-Разумнику от 23 сент. 1918 г.).

Есенин жил по указанному в данном письме адресу недолго. Вскоре Л. И. Повицкий встречает его уже в помещении Московского Пролеткульта, где тот обосновался на жительство вместе с С. Клычковым:

«Литературная студия московского Пролеткульта в 1918 году была притягательным местом для молодых поэтов и прозаиков… <���…> Слушателем студии был и я. <���…> однажды я наткнулся <���там> на <���…> двух молодых людей. Одного из них я знал. Это был недавно поступивший на службу в канцелярию Пролеткульта крестьянский поэт Клычков. Он остановился и, кивнув на стоявшего с ним рядом молодого парня в длиннополой синей поддевке, сказал:

— Мой друг — Сергей Есенин!

<���…> Есенин улыбнулся и певуче произнес:

— Сергей Антонович меня здесь приютил у вас, — и он указал куда-то неопределенно вверх.

Позднее я к ним заглянул. Они ютились в получердачном помещении, под самой крышей» (Восп., 2, 232).