Сергей Есенин - Том 6. Письма

Произошла быстрая, энергичная перебранка. Закончилась она тем, что Есенин запальчиво бросил сопернику:

— Вызываю тебя на дуэль!

— Идет, — ответил футурист.

Драться решили на кулаках.

Вошла хозяйка. Все замолчали. Посидев еще немного, мы вышли на тихую заснеженную улицу. Шли молча. Зашли в какой-то двор<���…>. Враги сбросили с плеч пальто, засучили рукава и приготовились к поединку. <���…> Дуэлянты сошлись. Казалось, вот-вот они схватятся. Но то ли свежий воздух улицы охладил их пыл, то ли подействовали наши уговоры, только дело кончилось примирением» (Восп., 1, 158, 159).

… в общем-то, ведь все это выеденного яйца не стоит . — Так кончается письмо, о котором Ливкин позднее писал: «Оно и обрадовало, и успокоило, и взволновало меня. Оно открыло мне многое в Есенине, его характере, поступках, отношении к окружающим, взглядах на литературу. <���…> Казалось бы, после этого письма все встало на свое место. Но должен сказать откровенно, что я никогда не мог простить себе сам своего необдуманного поступка» (Восп., 1, 166, 167).

65. М. П. Мурашеву . После 29 августа 1916 г. (с. 85). — Хроника, 1, 100 (с неточностью); правильный текст — Есенин 6 (1980), с. 74.

Печатается по автографу (архив М. П. Мурашева; хранится у наследников, г. Москва).

Датируется по помете адресата над текстом записки («Сергей Есенин. Август 916 года ») и по содержанию (см. реальный коммент.).

… я под арестом на 20 дней . — О нарушении воинской дисциплины, повлекшем за собой это наказание, В. А. Вдовин писал: «Главный хранитель Павловского дворца-музея А. М. Кучумов сообщил автору этих строк, что в 30-е годы в архиве Музея Екатерининского дворца (г. Пушкин) среди других бумаг хранилась объяснительная записка Есенина на имя полковника Ломана, датированная 1916 г., в которой поэт объяснял причины своего опоздания на службу. Содержание записки говорило о том, что Есенину грозило серьезное наказание за нарушение служебной дисциплины» (Есенин 6 (1980), с. 409–410). Судя по известным на сегодняшний день документам, это наказание Есенина за время его службы в Царском Селе было единственным. При допросе после случайного ареста в ночь с 18 на 19 окт. 1920 г. в МЧК Есенин указал точную дату, с которой он начал отбывать наказание, — 29 авг. 1916 г. (Материалы, с. 272), хотя и назвал другую его меру — не арест, а дисциплинарный батальон (там же). Указанная поэтом дата не противоречит содержанию комментируемой записки и помете адресата на ней; в силу этого она принята во внимание при датировке.

По неподтвержденным сведениям, вышеупомянутая объяснительная записка Есенина Ломану имела ту же дату — 29 авг. 1916 г. (сообщено А. В. Шабуниным). Она до сих пор не разыскана.

… сорок рублей мне. Сходи в «Северные записки» и попроси …— К тому моменту Есенин, скорее всего, уже знал, что редакция журнала приняла к публикации его стихотворения «За темной прядью перелесиц…», «Корова» и «Устал я жить в родном краю…» (они появились в сентябрьском номере). Сумма, запрошенная поэтом, практически совпадает с суммой гонорара за эти стихи при условии, что ему платили в «Северных записках» по 60 коп. за строку.

К 7 часам на дом . — Эти слова, кроме их прямого смысла, по-видимому, означают, что Есенин уже известил сотрудников «Северных записок» о своих финансовых затруднениях и получил от них заверения, что они смогут ему помочь.

Саперный, 21, кв. Сакера . — К этому адресу дописаны другой рукой номер квартиры (6) и телефон (177-70); эти данные имеются и в справочнике «Весь Петроград на 1916 г.» (III-й отд., с. 504), где Яков Львович Сакер, муж редактора «Северных записок» С. И. Чацкиной, финансировавший издание журнала, значится как журналист. Сохранилась дарственная надпись Есенина Я. Л. Сакеру на P16 (см. Юсов-96, с. 178).

66. М. П. Мурашеву . Сентябрь — первая половина декабря 1916 г. (с. 85). — САЕ, с. 61 (в очерке адресата «Сергей Есенин в Петрограде»), только второй абзац (с исправлением слова «заедь» на «приезжай», принадлежащим Мурашеву: это установлено по наборному экземпляру очерка, хранящемуся в ИМЛИ); Прокушев-65, с. 242–243, с неточностями и без десяти заключительных слов второго абзаца; датировано (со слов адресата) сентябрем 1916 г. Полный текст — Хроника, 1, 100, с неточностями и с предположительной датой: «Август — сентябрь (?) <1916 г.>».

В соответствии с подлинником публикуется впервые.

Печатается по автографу (архив М. П. Мурашева; хранится у наследников, г. Москва).

Датируется предположительно по содержанию. Год устанавливается по помете адресата («16 г.») на обороте второго свободного листа письма. Кроме того, судя по словам: «В Петроград меня ни за что <���…> не пустят», письмо написано после событий, связанных с датой 29 авг. 1916 г. (см. коммент. к п. 65). К тому же вряд ли Есенин стал бы обращаться к Мурашеву с просьбой такого содержания в дни, когда в Петрограде находился Клюев, у родственников которого хранились есенинские вещи, — ведь тогда они могли бы быть получены через Клюева непосредственно.