Михаил Херасков - Собрание сочинений

Что въ мiрѣ семъ существовало,
И что имѣло бренну плоть,
То въ вѣчности духовнымъ стало:
Вездѣ сiяетъ самъ Господь.
Безъ солнца тамо все свѣтлѣетъ,
И плоть безсмертную имѣетъ;
Нѣтъ мраковъ, бурь, ни облаковъ;
Перуновъ слышно чуть шептанье,
И молнiй сходствуетъ блистанье
Разсвѣту утреннихъ часовъ.

Которое всегда парило,
Не отдыхая вдаль текло,
Здѣсь время крылья отложило
И въ нѣдрахъ вѣчности легло.
Какъ въ море возвращенны рѣки,
Изчезли въ ней летящи вѣки,
Или какъ въ воздухѣ слова;
Вкушаютъ души жизни росу,
И смерть, свою отвергнувъ косу,
Лежитъ сама во тьмѣ мертва.

Съ какою радостью Содѣтель
Зритъ души праведниковъ тѣхъ,
Любя которы добродѣтель,
Смиряя плоть, мертвили грѣхъ!
Подъ сѣнью Божеской порфиры
Настроивъ сладкострунны лиры,
Хоръ Ангельскiй они поютъ;
Господнимъ взоромъ восхищенны,
Зарями свѣта облеченны
Сiянье сами издаютъ.

А вы, сердца ожесточенны,
Уничтожатели Творца,
Вы вѣчно, вѣчно отлученны
Отъ Всемогущаго Лица.
Враги внушенной свыше Вѣры,
Любили вы питать химеры
Плоды развратнаго ума;
Теперь вы правды свѣтъ познали,
Приближиться къ нему взалкали;
Но васъ въ оковахъ держитъ тма.

Страдальческой вѣнчанны кровью
Въ мученьяхъ, въ скорби, во слезахъ!
Съ какой небесною любовью
Вы приняты на небесахъ!
Чрезъ кои жизни вы лишились,
Тѣ язвы въ свѣтъ преобратились,
И лучъ простерся въ темный адъ;
Убiйцы вашу славу видятъ,
Свое злодѣйство ненавидятъ,
И тусклый потупляютъ взглядъ.

Открытымъ мнѣ лицемъ явилась
Натура въ новомъ существѣ;
О! какъ она преобразилась,
Сiяя въ самомъ Божествѣ!
Въ значенiи своемъ высокомъ
Она была Господнимъ окомъ,
И мысль Его была и слухъ;
Теперь въ спокойство возвращенна,
Ко свойствамъ Божьимъ прiобщенна,
Въ ея влiяся чистый духъ.

Когда въ исходъ вѣковъ трубою
Усопшихъ Ангелъ воззоветъ;
Въ землѣ покрыты долго тмою,
Они проснутся — узрятъ свѣтъ, —
Не будутъ ихъ дѣла забвенны,
Имъ совѣсть чувства сокровенны
Какъ въ зеркалѣ изобразитъ;
Грѣхи, что были имъ любезны,
Отверзли имъ горящи бездны;
Надъ ними Божiй гнѣвъ гремитъ.

Но Милость кроткiй гласъ возноситъ,
Предъ Божiимъ склонясь лицемъ,
Въ слезахъ прощенья грѣшнымъ проситъ, —
И Богъ вины прощаетъ всѣмъ;
Тѣмъ всякая печаль забвенна;
Неизмѣримая вселенна
Единый кажется чертогъ,
Единой паствы зрится стадо,
Народы всѣ — едино чадо,
Ихъ Царь, ихъ жизнь — единый Богъ!

О вы, непобѣдимы войски!
Взложите вновь вѣнцы геройски,
Обвѣйте лаврами мечи;
Вы силы Гальскiя попрали,
Какъ солнце славой возсiяли,
Какъ звѣзды свѣтлыя въ ночи.

Уже Европа встрепетала;
О Бонапартѣ пролетала,
Какъ буря, страшная молва:
Онъ Царскiе разушилъ троны,
На подданныхъ взложилъ короны,
Грозилъ попрать Орла и Льва.

Возстали Сѣверны Герои,
Которымъ отдыхъ — ратны бои,
Наслѣдiе — побѣды имъ;
Противу Галловъ ополчились,
Пришли, увидѣли, сразились,
Разсѣявъ ихъ полки, какъ дымъ.
Другимъ Аттиллой въ ратномъ полѣ,

Другимъ Тарквиномъ на престолѣ,
Рѣшился быть Наполеонъ;
Но будто бы Тифонъ громами,
Гонимъ Россiйскими орлами,
Ушелъ, бѣжалъ, сокрылся онъ.

Куда ни кинемъ нынѣ взоры,
На грады, на поля, на горы,
Тамъ блѣдны тѣни возстаютъ
Побитыхъ имъ для тщетной славы;
Тамъ рѣки разлiясь кровавы,
Бѣги отъ насъ! возопiютъ.

Куда бѣжать Наполеону?
Въ Парижъ ли, къ похищенну трону?
Тамъ ненависть готовитъ ядъ.
Бѣжать къ предѣламъ за-Альпiйскимъ?
Тамъ стонъ! — Нѣтъ, громомъ онъ Россiйскимъ
Низринется, какъ Энцеладъ!

Но возсiявшихъ новой славой,
Какъ въ вѣкъ прошедшiй подъ Полтавой,
Россiянъ въ наши дни почли; —
До днесь Герои неизвѣстны,
Какъ вѣтви, въ наши дни, древесны
Отъ корня предковъ процвѣли.

Цвѣтите, бодрствуйте, мужайтесь,
Съ Румянцовымъ въ поляхъ сравняйтесь,
Съ Суворовымъ числомъ побѣдъ!
Срѣтая въ лаврахъ Бенигсона,
Васъ милость ждетъ у Царска трона,
Отечество съ вѣнцами ждетъ!

Здѣсь Генiй торжества летаетъ,
Побѣдой Россовъ восхищаетъ,
И звуки раздаются лиръ;
Но царствамъ сладостный, полезный,
Для АЛЕКСАНДРА столь любезный,
Цвѣти здѣсь лучше вѣчный миръ!