Антология - Поэзия Африки

О Нигер, отпрыск Матери-Весны,
Растишь ты пальмы, чтобы их плодами
Насытиться могли твои сыны.

Ты добрый гений джунглей опаленных.
Красавцы близнецы Асаб и Ош
Стоят на берегах твоих зеленых.

Владыка рек, твой плавный бег любя,
Я счастлив тем, что был рожден в Асабе,
На родине искусств, вблизи тебя.

Я ощущаю уст твоих дыханье,
Ты черен, хоть светла твоя волна.
Стране ты подарил свое названье,

И никогда не разлучиться нам.
Всесильный бог, пошли благословенье
Нигерии и Нигера сынам.

Ойеа, благородный Ойеа, взгляни перед смертью вокруг,
Ты увидишь — окончена славная битва,
Свирепое пламя пожрало и дворы, и дома, и людей;
Да, Ойеа, окончена битва.

Ойеа, брат мой Ойеа, поднимись и взгляни вокруг,
Ты увидишь — окончена славная битва.
Разве могут плащи не промокнуть, если дождь нас иссек до костей?
Да, Ойеа, окончена битва.

Я был ничтожный клерк,
Считалось, что я глуп,
А также, что ленив,
А посему — сиди
Скрипи весь день пером.
Но я решил разбить
Ту цепь, которой был
Прикован я, как раб,
К конторскому столу.

И день мой наступил:
Купил я магазин,
И пофартило мне
На импортный товар…
Но Боссы хмурят бровь!
Пришлось мне отступить.
За экспорт взялся я —
И слопали меня!

Не терпит Бизнес нас,
Драчливых петушков.
Ты, монополий раб,
Ничтожный клерк, сиди
Просиживай штаны
И покупай штаны
В хозяйской лавке…
А после говорят:
— Ах, негр ленив и глуп…

Родоначальницы племен
Грядущих, будущих времен
Родительницы, я на вас
Гляжу с улыбкою сейчас,
Пока, играя и учась,
Растете вы. Но в ваших танцах
Провижу судьбы африканцев:
Любовь, надежду и борьбу —
Свободной Африки судьбу.
Храни, о боже, матерей
Дня завтрашнего — пусть скорей
Родят сынов и дочерей.

Мать-земля,
Ты уснула давно.
Твой народ,
Как сама природа,
Любил
И убивал,
Чтобы жить.

Чужие пришли
Наши души спасать,
Искали богатства,
Познаний искали,
Тебя окрестили
«Черной» — и правда,
Черной была ты.

Они принесли
«Свет»,
И при свете
Ты увидела
Своих детей
В оковах
На скорбном пути
Под Каиновым бичом.

Эти смиренные
Светоносцы,
Благодетели
Сладкоречивые
Землю забрали
И одаряли
Наших вождей
Мишурою грошовой,
Кормили объедками
Наших детей,
А сами ели
Сочное мясо.

Черпая Мать,
Очень, очень черная,
Ты возопила,
И голос твой
Зазвучал в каждом сердце:
«Свободу, свободу
Детям моим!»

Светоносцы
Сделали вид,
Что по доброй воле
От нас уходят,
Важно и молча
При звуках салюта
Уплыли к себе.
О Черная Мать,
Вожди твои,
Увы, научились сами
Нести нам «свет»
И оковы.

О Черная Мать,
В твоем сердце рана,
И снова ты стонешь:
«О, где надежда?
Дети мои
Погибают!»
Но мир
Твой голос не слышит,
Ибо детей твоих
Угнетают
Твои же дети.

Две плотные особы средних лет,
стеснившие Читателя Газет,
вопя, как будто здесь они одни,
перемывают косточки родни.
В другом ряду, презрев гневливый взор,
по-прежнему назойлив ухажер:
пристав к красотке и являя прыть,
он зубы хочет ей заговорить!
В автобусе — увы, не продохнуть,
зато заметно сокращает путь
разнообразье путевых бесед:
— Ну, а почем свинина-то, сосед? —
Здесь всякий люд, наряд и провиант,
с бродягой рядом здесь брюзгливый франт,
здесь болтуны мусолят вновь и вновь
политику, финансы и любовь,
ну а молчальники в окно глядят:
так строгий ментор смотрит на ребят!