Григорий Санников - Лирика

Вот почему меня обрадовали Ваши слова, и по-человечески, и как писателя, и за Вас, и за всех нас, т. е. тех, кто пытается себя плавить и расширять в людях и с людьми.

Но обрываю себя; чувствую, что, если не оборву, растекусь мыслью по древу и пропущу почтовый час; у нас с К<���лавдией> Н<���иколаевной> ряд деношних дел: метка, колка дров, печи, очереди; у меня расчистка двора, что «плюс» работа переполняет день до иногда невозможности вовремя попасть на почту; зато жизнь вдвоем осмысленная и радостная; диктую К<���лавдии> Н<���иколаевне> «Гоголя»; К<���лавдия> Н<���иколаевна> вообще вверглась до дна в мои работы; вместе пишем Гоголя. После того, как она стала моей женой, она еще более стала секретарем-другом-сотрудником. И опять обрываю себя, потому что ближайший мотив ответа Вам, во-первых, сердечно Вас поблагодарить 1) за книжку, 2) за справки; Вы меня бесконечно выручили. Но я уже так Вам обязан, что просто машу рукой, ибо стыдно повторять словами то, что есть жест сердца <���…>

С чувством живейшей любви

Борис Бугаев

Лебедянь. 18.VIII. <19>32 г.

Дорогой Григорий Александрович,

Великолепно отдыхаем в Лебедяни; она превзошла все ожидания; мы попали в то именно место, где быстро излечиваются нервы; и с питанием недурно. Первую неделю одолевала законная лень; теперь пишу статью о Вашей поэме [19] Речь идет о статье Белого «Поэма о хлопке» («Новый мир», 1932. № 11). , которую надеюсь кончить послезавтра; и отослать Вам для Гронского [20] Иван Михайлович Гронский (1894–1985) — в то время главный редактор «Известий» и «Нового мира». в конце августа; боюсь, что размер статьи не менее листа и что не для «Известий» (по размеру), хотя по языку изо всех сил стараюсь писать просто. Думаю, что статья скорее для «Нового мира»; а может быть, в сборнике, редактируемом Гладковым, если там есть место статьям, нашлось бы ей место. Вам или Гронскому будет виднее. Милый друг, невыразимо хорошо отдыхать; и по реакции на «деревню» нашу, до чего мы с К<���лавдией> Н<���иколаевной> нервно измотались в Москве. Наш сердечный привет Е<���лене> А<���ветовне>. К<���лавдия> Н<���иколаевна> шлет Вам привет. Остаюсь любящий Вас. Б. Бугаев.

<���Коктебель>. 29 июня <19>33 г. [21] В датировке описка: следует читать «29 мая». Первое письмо Белого Г. А. Санникову из Коктебеля датировано 21 мая 1933 года.

Дорогой Григорий Александрович <���…>

За 10 дней жизни здесь был только один теплый день — тот, в который писал Вам второе письмо. А то все холодок; ходим с придрогом; сейчас небо закрыто войлоком беспросветных туч; моросит осенний дождичек. Когда это все кончится, — неизвестно. Бедные приезжие! Уже их опрашивают, когда они уедут, а они ни разу не выкупались; ни разу на пляже вволю не належались; на пляже и сыро, и ветристо; хожу в зимней шкурке своей; и — только так. И настроение соответствует погоде: апатия, сонь, разуверение в своих силах; и отвращение ко всякой работе, связанной с литературой. Последний инцидент (разговор с Мстиславским) [22] Сергей Дмитриевич Мстиславский (1876–1943) — писатель. В машинописных «Выдержках из писем Андрея Белого Г. А. Санникову из Коктебеля (июнь — июль 1933)» Г. А. Санников делает такое примечание: «Мстиславский по роли рецензента или редактора изд<���ательства> „Федерация“ вызвал Белого к себе (дело было перед отъездом в Крым) и устроил ему „пытку“, как сам Белый характеризовал этот разговор. Сделал разнос 1-й части книги „Между двух революций“ (сданной для печати в „Федерацию“) и намекнул, что он — Мстиславский — вместе с Корнелием Зелинским книгу забракует, если А. Белый не сгладит ряд характеристик, по их мнению неправильных». В итоге первая часть книги Белого «Между двух революций» вышла не в «Федерации», а в «Издательстве писателей в Ленинграде» уже после смерти Белого в апреле 1935 года. точно вышиб из рук перо. Чувствую себя вполне беспроким и ненужным, выбывшим из колеи жизни. Видно, пора умирать.

Отвращение и негодование на то, что люди так мелко плавают, что осмысленная работа покрыта интрижками, — вот реакция на последние 2 месяца жизни в Москве. Время ставит задачи огромных масштабов, социалистическое будущее взывает к тому, чтобы мы все работали из энтузиазма; но слишком много мелких людишек поставили своей задачей: гасить энтузиазм и вышибать перо из рук тех, кто им владеет; и их так много, что самое перо, орудие работы, становится постылым тебе.