Розмарин здесь, и рута,
И Анютин глазок.
Так, я счастлив в постели
Дыханием грез
И прелестью Энни,
Омытый в купели
Ароматных волос
Прекрасной Энни.
Поцелуем согретый,
Лаской нежим, - на грудь
Преклонился я к Энни,
Чтоб тихо уснуть,
Ей на грудь, словно в небо,
Чтоб глубоко уснуть.
Свет погашен; покрыт я,
Постель тепла.
Энни ангелов молит,
Да хранят ото зла,
Да хранит их царица
Меня ото зла.
И лежу я спокойно,
В постели простерт,
Любовь ее зная,
А вы скажете: мертв!
Я покоюсь так мирно,
В постели простерт,
Любовью согретый,
А вам кажется: мертв!
Вы, увидя, дрожите,
Подумав: мертв!
И ярче сердце,
Чем н_а_ небе звезды
Ночью весенней
В нем светит Энни!
Горит разогрето,
Любовию Энни,
И мыслью и светом
Глаз моей Энни!
(1924)
Перевод В. Брюсова
41а. ЭЛЬ-ДОРАДО
Он на коне,
В стальной броне;
В лучах и тенях Ада,
Песнь на устах,
В днях и годах
Искал он Эль-Дорадо.
И стал он сед
От долгих лет,
На сердце - тени Ада.
Искал года,
Но нет следа
Страны той - Эль-Дорадо.
И он устал,
В степи упал...
Предстала Тень из Ада,
И он, без сил,
Ее спросил:
"О Тень, где Эль-Дорадо?"
"На склоны чер
ных Лунных гор
Пройди, - где тени Ада!
В ответ Она.
Во мгле без дна
Для смелых - Эль-Дорадо!"
(1924)
Перевод В. Брюсова
42а. МОЕЙ МАТЕРИ
И ангелы, спеша в просторах рая
Слова любви друг другу прошептать,
Признаньями огнистыми сжигая,
Названья не найдут нежней, чем "мать".
Вот почему и вас так звал всегда я:
Вы были больше для меня, чем мать,
Вы в душу душ вошли, - с тех пор, как, тая,
Виргиния взнеслась, чтоб отдыхать!
Моя родная мать скончалась рано,
Она - мне жизнь дала, вы дали - той,
Кого любил я нежно и безгранно.
Вы более мне стали дорогой
Так бесконечно, как в священной дрожи,
Душе - она, чем жизнь своя дороже.
(1924)
Перевод В. Брюсова
43а. АННАБЕЛЬ ЛИ
Много лет, много лет прошло
У моря, на крае земли.
Я девушку знал, я ее назову
Именем Аннабель Ли,
И жила она только одной мечтой
О моей и своей любви.
Я ребенок был, и ребенок она,
У моря на крае земли,
Но любили любовью, что больше любви,
Мы, или Аннабель Ли!
Серафимы крылатые с выси небес,
Не завидовать нам не могли!
Потому-то (давно, много лет назад,
У моря на крае земли)
Холоден, жгуч, ветер из туч
Вдруг дохнул на Аннабель Ли,
И родня ее, знатная, к нам снизошла,
И куда-то ее унесли,
От меня унесли, положили во склеп,
У моря, на крае земли.
Вполовину, как мы, серафимы небес
Блаженными быть не могли!
О, да! потому-то (что ведали все
У моря на крае земли)
Полночью злой вихрь ледяной
Охватил и убил мою Аннабель Ли!
Но больше была та любовь, чем у тех,
Кто пережить нас могли,
Кто мудростью нас превзошли,
И ни ангелы неба, - никогда, никогда!
Ни демоны с края земли
Разлучить не могли мою душу с душой
Прекрасной Аннабель Ли!
И с лучами луны нисходят сны
О прекрасной Аннабель Ли,
И в звездах небеса горят, как глаза
Прекрасной Аннабель Ли,
И всю ночь, и всю ночь, не уйду я прочь,
Я все с милой, я с ней, я с женой моей,
Я - в могиле, у края земли,
Во склепе приморской земли.
(1924)
Перевод В. Брюсова