Конечно, и у дендрохронологии есть свои пессимисты. Говорят, что дерево в холодном и мокром овраге дает совсем другой прирост по сравнению с деревом на холме. Дерево на опушке чувствует по-другому, чем в чаще леса. Откапывая дерево, археологи не знают, где оно росло, и теоретически возможность путаницы существует. Более того, не всегда дерево точно «проживало» там, где производятся раскопки. В упомянутом 1972 году в Центральной России летом была страшная засуха, а в Сибири прекрасное лето. Деревья разных регионов тоже отличаются своими годичными кольцами.
Другой подход к измерению времени — это изучение слоев в ледниках и отложений в грунте и в озерах. Опять-таки в умеренных широтах, где каждый год зима, такие слои очень хорошо заметны. Можно привести в пример ледники Гренландии, альпийские ледники и отложения в болотистых озерах южной Польши. В последнем случае эти недоступные озера показали возможность исследования до десяти тысяч лет, что почти подходит к концу ледникового периода в Европе.
Не вдаваясь в технику исследований, которая развивается так же быстро, как и окружающая нас бытовая техника, зададим себе простой и, казалось бы, очевидный вопрос: а почему же до сих пор нет ясности со шкалой времени?
Предлагаю простой и пока единственный путь состыковки всех календарей. Это извержение Везувия, величайшая катастрофа античности, которая оставила точные даты. Сейчас это приравнивается к 79 году нашей эры. Это извержение повлекло за собой не только гибель огромного количества людей, нескольких городов, но и имело замечательных свидетелей — Плиния Старшего, погибшего там, и Плиния Младшего, его племянника, написавшего об этом событии великолепное письмо, дошедшее до нас.
Спрашивается — а почему бы не изучить годовые кольца деревьев, засыпанных пеплом в Помпеях и окрестностях? Это должно бы быть первой мыслью у тех, кто изучает раскопки. Раскопки идут уже почти триста лет, но никто до сих пор этого не сделал. И дело тут не в том, что археологи такие глупые, а в гом, что Италия — территория римской католической церкви. Никому там этого делать не позволено.
Но кроме изучения годичных колец деревьев вокруг Неаполитанского залива, можно взять грунт и посмотреть, сколько лет накапливалась почва после ужасного извержения, засыпавшего окрестности несколькими метрами пепла. Если отсчет от нынешнего года покажет, что извержение Везувия было в 79 году, — плюс-минус пару лет, — то и хорошо.
Есть и еще одна возможность установить, в каком же году мы сейчас проживаем. Извержение Везувия было громадным. Плиний старший с острова увидел, что над горой выросло облако, по форме напоминающее пинию — средиземноморскую сосну. Явление это настолько удивило его, что он велел подать сандалии и вышел на балкон. Подачу сандалий зафиксировали все летописцы.
Взрыв был настолько сильным, что пепел попал в стратосферу, на высоту примерно 30 км. Это уже несколько раз наблюдалось в наше время, в эпоху самолетов и телекамер, например на Камчатке, на острове Монсерат в Карибском море и при взрыве вулкана Святая Елена в США. Ветры в стратосфере не зависят от погоды, и попавшая туда пыль разносится ими. Поэтому края облака размывались, напоминая раскидистую сосну. В самих же Помпеях ветер дул с западного направления, о чем следует единственно справедливое свидетельское замечание.
По словам Плиния, жители Помпей не могли уехать из города, потому что в гавани был встречный ветер. Сам Плиний Старший командовал гребными кораблями. Как бывший яхтсмен предположу, что ветер был юго-западный.
Как показывают современные исследования, пыль от извержений может находиться в атмосфере несколько лет. Теперь, приводя все изложенное в мысленный порядок, можно предположить, что и в озерах Польши и в ледниках Альп могут быть обнаружены частицы того извержения. Ведь вылетели из жерла вулкана миллионы тонн пепла!
Человек, который хочет увековечить свое имя как открыватель времени, пожалуйста, займитесь одним из предложенных способов, чтобы понять — когда же мы живем.
Но вычисление времени не самоцель. Если время бежит быстрее, то катастрофы на Земле происходят чаще, чем принято думать сейчас, и надо к ним готовиться. Выделять интеллектуальные и материальные ресурсы для защиты от падения комет и астероидов. Если время течет медленнее, то человечеству можно не спешить и еще повалять дурака.
Читать дальше