В подобных условиях перед психологической наукой и практикой сохраняются прежние задачи: доказательство губительного влияния безнравственности на общество, изучение конкретных морально-нравственных проблем, поиск путей их решения и др. Но возникают и новые задачи, такие как выявление результативности тех мер по возрождению нравственности, которые предпринимаются в современной России, аргументация необходимости их более широкого и последовательного применения, поиск ресурсов переубеждения их противников, выявление эффективных социальнопсихологических механизмов воздействия на уровень нравственности в обществе и др.
Современная психологическая наука неизбежно в значительной мере становится участником идеологической борьбы, отвечая на вопросы о том, что плохо и что хорошо для нашего общества. Идеологемы, вокруг которых ведется эта борьба, хорошо известны, порождены псевдолиберальной идеологией и достаточно глубоко внедрены в наше общественное сознание в результате ее доминирования в 1990-е годы. Это идеи о том, что «запреты неэффективны», «свобода личности имеет приоритет над общественным благом», «можно все, что не запрещено законом», «значимость человека в условиях рыночной экономики предопределена тем, сколько он зарабатывает», «школа должна оказывать образовательные услуги, а не заниматься воспитанием» и т. п. Каждая из подобных идеологем имеет не только морально-нравственный, но и собственно психологический смысл, и именно психология должна выработать аргументы в решении, например, вопроса о том, нужна ли вообще система воспитания, можно ли ее построить на одних лишь поощрениях, обходясь вообще без запретов и наказаний, и других подобных проблем.
Если психологии, как ее призывает, например, С. Московичи, надлежит стать социально релевантной наукой, то ей следует задаваться такими, имеющими первостепенную социальную значимость вопросами, а ответы на них выносить далеко за пределы психологических лабораторий, делая их достоянием широкой общественности и активно внедряя в массовое сознание. К сожалению, в нашей стране психологическая наука пока не играет такой активной социальной роли, а на психологические по своей сути вопросы отвечают в основном не психологи, а политики и идеологи, проявляющие отчетливо выраженную заинтересованность в коррекции и даже искажении истины и не утруждающие себя научным обоснованием своих утверждений.
Данная книга, как и все предыдущие издания, посвященные морально-нравственной тематике, представляет собой сборник статей авторов, работающих как в Институте, так и в других российских научно-образовательных центрах. А ее структура, достаточно стандартная для этих изданий, включает две части, первая из которых посвящена психологическим основам морали и нравственности, вторая – некоторым социальным проблемам современной России, рассмотренным в контексте психологии нравственности. К их числу относятся такие проблемы, как представления современной российской молодежи о добре и зле, о преступлении и его участниках, влияние нравственной направленности на переживания счастья, чрезмерное неравенство доходов, наркозависимость, космополитизм, коррупция, криминализация молодежной среды и др.
Часть I
Психологические основы морали и нравственности
Три источника и три составные части поддержания нравственности в обществе
А. В. Юревич
В системе поддержания нравственности в обществе можно выделить три ключевых элемента: 1) создание и обоснование новых «моралей» (симптоматично, что в зарубежной литературе это слово часто используется во множественном числе); 2) их трансляция с социального на индивидуальный уровень, трансформация в индивидуальную нравственность; 3) понуждение членов общества к выполнению их основополагающих принципов.
Часто констатируемый кризис нравственности в современной России проявляется во всех трех компонентах этой системы.
Отсутствие какой-либо одной доминирующей морали вообще характерно для современного общества, где глобализация и прочие подобные процессы приводят к сосуществованию различных моральных систем, не разделенных, как когда-то ислам и христианство, географическими и государственными границами. В подобных условиях о так называемых «общечеловеческих» нравственных принципах можно говорить лишь как об абстракции, ибо даже наиболее непререкаемые из них, такие как «Не убий!», непререкаемы далеко не для всех (убийство «неверного» иногда поощряется). Вне религиозного контекста тоже постоянно возникают нравственные коллизии, и трудно найти нравственно окрашенную проблему, в отношении которой в современном обществе наблюдалось бы единство мнений. В большинстве же случаев – от отношения к эвтаназии до восприятия выходки «Пусси Райот» – мнения в нашем обществе радикально расходятся, и прямо противоположные позиции встречают примерно равное число сторонников, если сопоставить нынешнюю ситуацию с наблюдавшейся и в православной, и в советской России, то можно констатировать, что относительное единство нравственных позиций, характерное для тех времен, сменилось их принципиальным расхождением по подавляющему большинству моральных вопросов [1] Можно, конечно, возразить, что это разнообразие не следует переоценивать, поскольку все же существуют моральные проблемы, по поводу которых общество достаточно единодушно, например, в своем отношении к маньякам, насилующим и убивающим своих жертв. Подобное единодушие подтверждается тем, что в тех моральных системах, которые открыто провозглашают свою антагонистичность официальной морали, например, мораль преступного мира, отношение к маньякам тоже крайне негативное. Однако, если судить, например, по репликам в Интернете, и они имеют немалое число сторонников. А, скажем, по поводу школьников, избивших свою 72-летню учительницу, мнения в Интернете разошлись примерно в равных пропорциях, т. е. каждый второй высказавшийся там выразил им поддержку. Естественно, количественное соотношение позиций в Интернете не выражает их соотношение в обществе, но достаточно убедительно демонстрирует, что в современной России любая позиция по любому вопросу встречает достаточное количество сторонников.
.
Читать дальше