Ручьями льёт солёный пот,
От голода под дых свело живот,
А наш крестьянин тяжко пашет,
Сизифов камень в гору тащит.
Немилой кажется земля —
Послать бы всех, да вот семья
Мешочницей пойдёт по свету:
Кого тут призовёшь к ответу?
Долгов крестьянина – не счесть,
Содрать с него три шкуры – честь:
Любой считает пролетарий,
Дерёт – излишен комментарий!
Мы превратили селянина в быдло,
Смотреть ему в глаза – до боли стыдно,
И пьёт мужик шмурдяк с утра до ночи:
Все заливает совесть что есть мочи!
Все любят белый хлеб и масло,
Но силятся понять напрасно
Всю тяжесть жизни хлебороба:
Его парадный френч – то роба!
Живёт скотиной – как в хлеву,
Ест хуже – чуть ли не траву
И запивает горе он сивухой,
Чтоб не казалась жизнь сверх жуткой…
О, где ты, милосердный Бог?
Мы молимся, чтоб ты сберёг
Основы украинского села,
Чтоб нищета в гробы нас не свела…
Простёрлись ковыльные степи,
Но сёла – безлюдно нелепы;
На нивах растёт лебеда,
Туман обволок города…
И нет села, и города,
Только крики над падалью ворона…
Так холодно мне стало вдруг.
Жизнь сколлапсировала в круг…
15 февраля 2000 г., Горлицкое, Запорожье
Эксплуатация: вчера, сегодня, завтра.
Классическое понятие «эксплуатация», как присвоение чужого труда собственниками средств производства, не отражает многих изменений, как самого труда, так и средств производства, которые произошли за последние сто лет, со времён дачи данного определения, и будут иметь ещё большую тенденцию к изменению в следующие 20—50 лет. То есть, указанные понятия уже сегодня носят архаический характер, по следующей причине.
Да, действительно в течение нескольких тысяч лет физическийтруд был прочно привязан к средствам производства. Эти две категории были разделены в пространстве и принадлежали, чаще всего, различным категориям населения: одни имели одно, другие – другое. Причём, для обладателей потенциального физического труда сам труд был жизненной необходимостью, обеспечивающий питание, одежду, жилище и т. п. Для обладателей средств производства сами средства производства не являлись жизненной необходимостью, а позволяли при их соединении с физическим трудом извлекать прибыль, многократно превышающую жизненно необходимые средства. Это различие в зависимости собственников от их собственности и порождало эксплуатацию в одностороннем порядке: чтобы жить и выжить собственники потенциального физического труда «шли на поводу» условий, которые диктовали им собственники средств производства, а не наоборот. Хотя в период развития мощного профсоюзного движения, когда в профсоюзных организациях может быть сосредоточено достаточно средств, чтобы материально поддержать бастующих рабочих – обладателей потенциального физического труда, возможно было некоторое давление на капитал – собственника средств производства. Идеальное развитие таких протестов – это революционное движение со сменой полярностимежду эксплуатируемым и эксплуататорами, что и произошло во время социалистической Революции.
Мы умышленно подчеркнули физический труд, так как в течение тысяч лет другого вида труда не существовало. Хотя в период расцвета рабовладельческого общества в Древнем Риме и в Древней Греции процветали различные искусства, создавались технические решения, на много веков обогнавшие свое время (например, «паровая машина» Герона), которые носили развлекательный характер, были средством отдыха и развлечений, но не были трудом, как жизненной необходимостью. И только в девятнадцатом веке – в период научно-технической революции появились профессиональные изобретатели. Возникла новая разновидность труда – интеллектуальный и творческий труд и новый класс его носителей – интеллигенция, иногда называемые «белые воротнички».
Интеллектуальный труд стал менее зависим от эксплуататорского класса, мог «выдать» более эффективный результат, был не массовым, как физический труд, а индивидуальным явлением и мог поставить свои условия материальной его компенсации. И для этого не нужно было давление профсоюза на эксплуататора. Потому то и цена его стала выше цены физического труда.
Читать дальше