Лаборатория (прежде всего методологическая группа) поставила перед собой цель охватить и осмыслить всю область явлений дизайна и построить целостную его систему. На протяжении почти четырех лет (1965–1968) она, по сути дела, являлась творческой студией по выработке новых теоретико-деятельностных средств в сфере проектирования.
В программно-теоретических работах этого периода (выполненных в основном совместно с О. И. Генисаретским) дизайн рассматривался в. качестве «сферы» социальной деятельности и социального института. Предполагалось, что развитие дизайна должно управляться теорией дизайна, что теория должна быть построена (спроектирована) по типу теорий научного знания и, наконец, что средством построения теории дизайна должна и может быть методология.
В соответствии с этой программой была развернута система взглядов на дизайнерскую деятельность как на тотальное и обособляющееся проектирование, нацеленное в идеале на создание эстетически завершенной и функционально полной предметной среды жизни общества; при этом концепция тотального проектирования перерастала в концепцию социального проектирования. [23] В ходе разработки специализированных методологических средств и представлений о проектировании, интенсивных междисциплинарных исследований, обсуждения и уточнения их результатов к 1967 г. сотрудниками лаборатории было подготовлено два развернутых монографических исследования: «Дизайн в сфере проектирования. Методологическое исследование» и «Мышление дизайнера. Средства и методы исследования проектировочной деятельности». В них был затронут широкий круг вопросов: цели и программа создания теории дизайна, возможности «науки о дизайне», структура и функции деятельности проектирования, проектная картина дизайна, дизайнерское проектирование и художественное конструирование, и т. п.
Появление нового направления и новой предметной и проблемно-тематической области никогда не означало прекращения исследований в других направлениях, а всегда имело своим следствием расширение горизонтов активности Г. П. и ММК. Дело в том, что результаты, полученные в рамках одного направления работы, становились объектом рефлексии и нормирования в категориях и теоретических схемах «теории деятельности» и в качестве средств методологического регулирования использовались для развития других направлений работы. Поэтому в эти же годы продолжается разработка проблем методологии науки и научной деятельности, обсуждаются и развиваются структурные модели и представления науки как системно-организованной научно-познавательной деятельности, предлагаются различные варианты схем строения и функционирования науки. [24] Результаты исследования науки, научно-познавательной деятельности в Рамках ММК на этом этапе развития были в концентрированном виде представлены в работах «О специфических характеристиках логико-методологического исследования науки» [1967 г.] {с. 350–359 наст, изд. } и «Научное исследование в системе методологической работы» (совместно с В. Я. Дубровским) [1967 г].
Интенсивно продолжается цикл лингво-семиотических исследований, в которых семиотические проблемы ставятся и обсуждаются с междисциплинарной точки зрения — сопоставляются представления о знаках, развиваемые в психологии и логике, социологии и лингвистике. [25] Сюда в первую очередь следует отнести работу «К характеристике основных направлений исследования знака в логике, психологии и языкознании» (совместно с В. Н. Садовским) [1964 г.] {с. 515–539 наст, изд. }, посвященную анализу основных направлений изучения знака и возможностям выработки единого представления о нем.
Тогда эти монографии не увидели свет и остались в архиве. Опубликованы они были только в 1990 г.
Но, хотя непосредственные результаты работы лаборатории общетеоретических проблем тогда и не были изданы, выдвинутые тогда идеи (нормативной структуры деятельности, специфики социально-производственных систем и т. д.) определили многие направления исследований в области методологии социального, инженерно-психологического, архитектурного и других видов проектирования и в дальнейшем стали одной из основ организации и проведения организационно-деятельностных игр.
В целом ряде работ, написанных в эти годы, Г. П. развивает, во-первых, представление о методологии языкознания как особого рода практике и, во-вторых, представление о самом языкознании как деятельности, связанной с созданием «программ» и «норм» речевой деятельности (языковедение как инженерия), отстаивает необходимость учитывать и отражать в семиотических исследованиях связь между системами объектных сопоставлений и знаками языка. [26] В этот цикл входят такие работы Георгия Петровича, как «Методологические замечания к проблеме происхождения языка» [1963 г.] {с. 299–316 наст, изд. }, «Методологические замечания к проблеме типологической классификации языков» [1965 г], «Методологический смысл проблемы лингвистических универсалий» [1969 г].
Читать дальше
Грешны шибко? Это ошибки!
Зла невезения -- от ужасов видения.
Зри причину бедствия, как следствия.
Привычки вон! Нем закон!
Он знал социал (язык Бога).
От фабрик пьянство, блат и разврат.
Город вертится -- наказанием держится.
Дело и труд бессмертие ткут.
Промышленные? Оне ведут к войне, ясно? Вполне!
Город мерцает, жизнь отрицает.
Сказал Он! Смерть есть сон.
Плюется мошкой она, глотая слона.
Будет, поверьте, мгновенное воскрешение по смерти.
Ум, слышно на тысячи промышленных, сельхоз умна сто рук по сто она.
Не кайся, свободными делаются, а не рождаются.
Путь не нов к бесконечности слов.
Сознание -- основа желания.
Сознание снова желаний основа.
Воля снова -- дел основа.
В нем торчит троглодит.
Молоко очищает сознание и око.
Рак доколе увеличивает биополе.
Уйдет лихо, прочтя 2500 томов Ямвлиха.
Мена и аура совершенна.
Тебе б долгожителя аморантный хлеб.
У русских испокон в голове закон.
27 литров вина лили рабам в Риме.