Сергей Дашков - Юстиниан

Немного времени спустя Велисарию был устроен триумф по древнему обычаю. Тогда его, назначенного консулом, несли пленные, и он из своего кресла бросал народу вещи из полученной на войне с вандалами добычи. В честь консульства Велисария народу удалось получить много серебра, золотых поясов и большое количество других предметов из сокровищ вандалов. В это время, казалось, вернулась память о том, что давно уже стало необычным» [305] «Война с вандалами». 2. IX. См.: Прокопий . Войны. С. 215. .

«Баланс» той войны оказался положительным, даже если не принимать во внимание подати с завоеванных территорий. Затратив на подготовку экспедиции около трех тысяч либр золота сверх обычных издержек на армию, константинопольский двор получил ценностей более чем на пять тысяч [306] Серов , 2011. . Добыча, взятая у вандалов, пополнила не только имперскую казну, но и сокровищницу персидских царей. Дело в том, что Хосров Ануширван обратился в Константинополь с требованием дать что-то из завоеванных ценностей и ему, ссылаясь на свой вклад в победу: он, дескать, не тревожил границы Византии, и потому ромеям было легче воевать. Император меньше всего на свете желал войны на востоке — и согласился.

Юстиниан стал торжественно именоваться Африканским и Вандальским (причем еще до окончательной победы, сразу после взятия Карфагена). Будучи человеком очень энергичным (а в делах управления — особенно), он не стал откладывать дело в долгий ящик и издал два эдикта о военном и гражданском управлении Африкой. Туда вернулись старые римские порядки: земли разделили на семь провинций, назначили наместников в ранге ректоров и президов, утвердили штаты чиновников — вплоть до врачей и риторов, — а для восстановленной старой военной организации определили пять дуксов лимитанов. Префектом претория стали соратники Велисария: сначала — Архелай, затем — евнух Соломон. Было приказано, как и во всей остальной империи, преследовать еретиков и инаковерующих, если они не переходили в православие.

Нельзя, однако, сказать, что Африка была захвачена полностью: власть ромеев распространялась только на восточную часть их бывших владений, а на западе, в Мавритании, гарнизоны заняли только Цезарею и крайнее западное владение — крепость Септем на побережье Гибралтарского пролива. И хотя во время войны мавры заключили союз с ромеями и не поддержали вандалов, в условиях безвластия они принялись нападать на лишенные защиты города. Ситуацию усугубляло то, что многие из городов стояли без стен, ибо с самого начала владения Африкой вандалы их срыли, опасаясь восстаний местного населения. В двух упорных сражениях Соломон одолел мавров. Мужчины погибли, а женщины и дети попали в рабство к победителям: добычи было так много, что раб-ребенок шел буквально по цене овцы, то есть в десятки раз дешевле «нормальной» цены (раб-ребенок при Юстиниане стоил десять номисм).

В 536 году, после отъезда Велисария в Италию, в Африке начался солдатский мятеж. Как рассказывает Прокопий, причины его оказались донельзя простыми: имущественный спор и имперская политика в делах религии. После гибели многих вандалов их жены, а также дочери вышли замуж за солдат Юстиниана: война войной, а дом нужно содержать. В приданое женщины принесли те наделы, которыми владели их семьи, — а как раз эти земли решено было присоединить к фиску! «И вот каждая из них стала побуждать своего мужа требовать себе в собственность те земли, которыми каждая из них прежде владела, говоря, что это против всяких божеских законов, что, будучи замужем за вандалами, они пользовались ими, а став женами их победителей, они тем самым лишаются того, что прежде было их собственностью. Приняв это во внимание, воины решили, что им не следует уступать Соломону, который хотел приписать эти земли или казне, или дому василевса. Он говорил им, что рабы и все остальные богатства, как обычно, являются добычей солдат, земля же должна принадлежать василевсу и Римскому государству, которое вскормило их и дало возможность стать и называться воинами не с тем, чтобы они сами себе приобретали земли, отнятые у варваров, незаконно поселившихся в Римской державе, но с тем, чтобы эти земли стали государственным достоянием, из которого и им самим, и всем другим обеспечивается пропитание. Такова была одна из причин этого восстания. Вместе с тем имелась и другая, ничуть не менее, если не более, серьезная причина, по которой были приведены в беспорядок все дела в Ливии. Дело в том, что в войске римлян было не менее тысячи солдат арианского вероисповедания. Большинство из них являлись варварами, причем часть из них была из племени герулов. Их вандальские священники особенно подстрекали к восстанию, поскольку им нельзя было больше молиться Богу так, как они привыкли, но им было запрещено исполнение таинств и священных обрядов. Василевс Юстиниан воспретил христианам, не принявшим православия, исполнять обряд крещения или приобщаться других таинств» [307] «Война с вандалами». 2. XIV. Цит. по: Прокопий . Войны. С. 227. . Третьим фактором стали вандальские воины, увезенные Велисарием на Восток (всего числом около пяти тысяч). Четыре сотни из них захватили корабли и заставили матросов отвезти их обратно в Африку. Пристав в безлюдном месте, они высадились на берег и частью соединились с маврами, а частью стали подстрекать к мятежу солдат Юстиниана, среди которых было много ариан-германцев.