Низами ласково улыбнулся.
- Не падай духом, Абубекр! Хекмдар должен обладать бесстрашным сердцем. Беда Тогрула в том, что народ-то как раз за ним и не пошел. Народ- на нашей стороне. За Тогрулом
пошла только кучка продажной зюти и духовенства. Они переметнутся к тебе, как только мечи азербайджанского войска засверкают молниями на берегах Аракса. А теперь я должен
поздравить тебя. Сегодня, вопреки стараниям Тогрула, аранский народ провозгласит тебя падишахом. Готовься в дорогу: в ближайшие дни ты поедешь в Нахичевань. Нахичеванцы - наши единомышленники и друзья династии Эльдегезов. Не забывай, твой дед атабек Шамсаддин Эльдегез пришел к власти в этом городе. Возле Нахичевани находится его гробница. В Нахичевани похоронена твоя бабка Моминэ-хатун. Ты должен обязательно по
сетить их гробницы.
В честь приезда Гёзель Низами пригласил на обед дядю Гёзель Фахреддина и Сеида Алаэддина вместе с их женами Дильшад и Сюсан.
Когда Талиа вошла в комнату, Низами обратился ч ней со словами:
- Поздравляю молодую мелеке! Я верю, она будет верным другом нашего хекмдара!
Все горячо поздравили Абубекра и Талиу.
После полуденного намаза Абубекр пришел в мечеть Султана Санджара. Его сопровождали Низами и Фахреддин. Все трое сели на тюфячки справа от минбера.
Жители Гянджи еще не знали, что правитель и хатиб, назначенные султаном Тогрулом, утром были высланы из города и их посты заняли другие лица.
Новый хатиб, поднявшись на минбер, прочел молитву, в которой вместо султана Тогрула было упомянуто имя Абубекра Нюсрэтуддина ибн-Мухаммеда.
В мечети сразу сделалось шумно. Одни выражали восторг, другие неудовольствие. Люди размахивали руками, стараясь перекричать друг друга.
Сердце Абубекра тревожно билось: он не был уверен, что все гявджинцы примут его сторону.
Низами шепнул что-то Фахреддину, после того тот встал у минбера и поднял руку, призывая присутствующих к спокойствию.
Голоса смолкли.
- Каждый человек имеет право тревожиться о том, в чьих руках будет находиться его судьба, - заговорил Фахреддин.- Поэтому никто не должен порицать тех, кто сейчас столь бурно выражает свои чувства. И те, кто рад, и те, кто недоволен, правы в равной степени. Верно говорят, истина рождается в споре! Сейчас решается вопрос жизни не одного-двух человек, а целого государства. Поэтому нельзя никого принуждать к молчанию. Прежде всего я хочу сказать о том, почему джанаб хатиб произнес в своей молитве имя Абубекра Нюсрэтуддина. Жизнь и деятельность Тогрула, которого мы решили отстранить от власти, хорошо известны всем. Кто не знает, что этот пьяница не обладает способностью управлять государством?! Тогрулом постоянно руководили хекмдары из династии Эльдегеза. Но, кроме них, им руководили и другие лица. Еще при жизни атабека Мухаммеда он держал при себе джасуса хорезмшаха Захира Балхи и персидского поэта Камяледдина и по их желанию вершил нашими судьбами. Если мы станем разбираться в причинах, почему наше государство подвергалось нападению иноземцев, нам придется говорить о предательских действиях Тогрула. Его враждебная политика много раз вынуждала нас, азербайджанцев, вести кровопролитные войны. Всякий раз мы выходили победителями. Но султан Тогрул продает интересы нашей империи иноземцам и сводит на нет все наши завоевания. Выходит, азербайджанцы зря проливали кровь и отдавали свои жизни! Сейчас наше огромное государство находится под угрозой развала. Рей фактически принадлежит хорезмшаху Текишу. Иракцы хозяйничают в Хамадане. Мы вот-вот потеряем персидские земли. А султан Тогрул находится в Тебризе и ведет враждебную деятельность против Северного Азербайджана. Имеем ли мы право сидеть сложа руки в столь трудный для нашего государства час? Нет! Вот почему я предлагаю избрать падишахом молодого представителя династии Эльдегезов, сына атабека Мухаммеда Абубекра Нюсрэтуддина, который был в свое время провозглашен нами велиахдом!
Фахреддин, протянув Абубекру руку, помог ему подняться. Молодой человек встал рядом с ним. В мечети воцарилась тишина.
Низами, желая первым подать пример народу, встал со своего места и сказал:
- Я присягаю новому падишаху!
Вслед за Низами Абубекру присягнули Фахреддин и Алаэддин, за ними гянджинская знать и духовенство.
Церемония присяги продолжалась до наступления темноты, Аранский народ провозгласил Абубекра Нюсрэтуддина падишахом империи.
Вечером во дворце правителя Гянджи по этому поводу состоялось пиршество.
Читать дальше