Хроники ICA

-- Ты единственный, кто в сортире соблюдает субординацию. Тем более, что с восьми утра я в разведке ICA уже только для вида, - сказал Преображенский, вытирая руки бумажной салфеткой, - Значит, этот придурок ничего нужного тебе не знает. Советую плюнуть на задание и уйти в отпуск. Когда явится человек от Лефевра, тут будет такое... "Буря в пустыне" отдыхает.

-- Нет, к... Борис Михалыч, не плюну.

-- Так запало в душу обещанное звание коммандера? - Михалыч ухмыльнулся и несильно шлепнул меня по щеке

-- Честно говоря, да. Но еще и 43 парня. Кто за них отомстит? - реплика напоминала фразу из гангстерского боевика, но сказана была искренне.

-- Поговори с капитаном Спиритто, он по этому адресу, - командующий написал на туалетной бумаге адрес, - мне Раптор сообщил. Я его допросил еще вечером, так что ты полчаса занимался никому не нужным делом.

А поганый старикашка все это время спокойно дристал в кабинке и ухахатывался над моими потугами расколоть в прямом смысле непробиваемого Раптора.

***

Со мной была Катрин, уже на правах полноправного напарника. Еще был Рейн с двумя молодчиками.

-- У меня со Спиритто свои счеты, - объяснил он. - Как вы с ним закончите, я разберусь со своими претензиями.

Ждали мы еще одного. Конрад Стоун, по прозвищу Кондор, любезно согласился помочь мне расследовать дело в оставшиеся три дня. За это Преображенский прощал ему какой-то свой должок.

Наконец, подполковник Кондор подрулил на служебном "Астон-Мартине" к дому капитана Спиритто. Кондор, несмотря на то, что его предки жили в Америке с ХVII века, а до этого в Англии, походил на истинного латино. Перед ним, судя по слухам, не могла устоять ни одна женщина в возрасте от 14 и до бесконечности... Подполковник был довольно красив, по женским меркам, и чертовски обаятелен. Одна голливудская улыбка и прическа "конский хвост" из иссиня-черных волос могла свести с ума любую.

-- Привет всем, а особенно вам, куколка, - он галантно поцеловал руку Катрин, от чего та аж загорелась. - Ну что, начали?

Один из громил Рейна остался внизу, второй поднялся на крышу - он должен был на веревке спуститься до четвертого этажа и влезть в окно. Мы же сгрудились у парадного.

-- Внутри три цели, - сообщил Стоун, сверившись с показаниями теплового сканера.

-- Катрин, ты одела бронежилет?

-- Да, Грейнджер, и теперь выгляжу ужасно, - девушка едва не плакала оттого, что в кевларовой кольчуге поверх платьица выглядела толстой и бесформенной в присутствии пятерых мужиков.

-- О, вы даже в семи жилетах будете прекрасны, - вставил доморощенный Казанова.

Я просунул в замочную скважину микрофон и одел наушники.

-- Смотрят футбол. "Арсенал" ведет 3:1 в игре с "Миланом", - прокомментировал я, прислушавшись к шумам за дверью.

-- Когда трибуны заорут, скажи, я поставлю С4, - попросил Рейн.

-- Милан бьет штрафной... Минируй быстрее!

Установка заряда на дверь завершилась сразу после того, как голкипер "Арсенала" поймал мяч. Повисли тягостные минуты ожидания. Вскоре где-то внутри квартиры разбилось окно, заорали: "На пол, всех положу!", и это было слышно даже без микрофона, грохнуло помповое ружье.

Мы влетели внутрь. Второй наемник получил по зубам кочергой от камина и упал. Рейн, перескочив через товарища, схватился врукопашную с телохранителем. Я пошел на кухню, а Стоун - в гостиную, откуда послышалась яростная перестрелка. Через кухню я зашел туда же, но с другой стороны, тщательно прицелился и прострелил одному из отстреливающихся руку с пистолетом, и, вторым выстрелом, ногу. Кондор бросил плащ в комнату, что спасло меня, так как второй, это был Спиритто, судя по фото, собирался нафаршировать свинцом меня. Я кувыркнулся и врезал кулаком в пах Спиритто. Раздался виртуозный мат на пяти языках сразу.

-- Русским языком он владеет, - заключила Катрин.

-- Как тебе не стыдно, такие слова употреблять при девушке, - снова закрасовался Кондор и вырубил капитана ударом в горло, - тем более прекрасной, как майская роза, как жемчужная капля росы в летнее утро...

-- Как куча жженого навоза под дверью, когда в него встаешь, - фыркнул я, за что получил сразу две оплеухи от Стоуна и Катрин.

***

7:40

Комната для допросов в штаб квартире мне не нравилась. Неуютно я себя в ней чувствовал. Хотя, на это и расчитывал неизвестный дизайнер... Уже минут 15-20 я мучил здесь Спиритто и, терпение мое медленно, но верно истощалось.

-- Последний раз спрашиваю, что ты знаешь об убийстве агентов?

-- Пошел на х... , козел!