Чехов письма 1901-1904.fb2

Будь здоров, желаю всего хорошего. Поклон нижайший Соне и Володе. Узнай до моего приезда, где и у кого в Москве продается кефир. И тебе бы следовало пить кефир, хотя бы по одной бутылочке в день, утром. Это помогает и от запоров, если пить средний и по утрам. Будь здоров.

Твой А. Чехов. На обороте:

Москва.

Его высокоблагородию

Ивану Павловичу

Чехову.

Миусская площадь, Городское училище.

27 августа 1901 г. Ялта.

27 авг.

Собака моя, я здоров, но по-прежнему ничего не делаю, так как теперь осенний сезон, ходит много приезжего народа. Вчера два раза был твой знакомый Карабчевский. Сегодня был Орленев и т. д. и т. д.

У меня в комнате много больших пауков. Откуда они взялись - черт их знает. Бегают очень быстро.

В гостиной ломают печь. Сегодня буду мыть голову, а то волосы продолжают лезть.

Сейчас отправляюсь в город по делам. Приехал больной д-р Витте, надо на почту, надо к m-me Бонье (твоей сопернице) и т. п. Завтра уезжает г-жа Коновицер. Видишь, дуся, я пишу тебе все подробно и умалчиваю или пишу очень кратко только об одном, а именно о том, как я тебя люблю, как без тебя скучаю, моя радость, немочка моя, деточка. Твое второе письмо уже короче, и я боюсь, что ты охладеешь ко мне или, по меньшей мере, привыкнешь к тому, что меня нет около тебя.

Ну, не стану вдаваться в сии подробности. До свиданья, дуся моя. Целую, обнимаю и делаю с тобой все, что мне угодно. Кланяйся своей маме, дяде Карлу, дяде Саше и брату.

Твой Антон.

Пиши подробнее!!

28 августа 1901 г. Ялта.

Собачка, милый мой песик, письмо твое только что получил, прочитал его два раза - и целую тебя тысячу раз. План квартиры мне нравится, покажу Маше (она уехала провожать на пароход Дуню Коновицер), все очень хорошо, только почему ты поместила "кабинет Антона" рядом с учреждением? Хочешь быть бита?

Отвечаю на твои вопросы. Сплю прекрасно, хотя страшно скучно спать одному (привык!), ем много, говорю целый день с гостями. Кефир пью каждый день, со вкусом, "кишечки" пока ничего себе, шеи одеколоном не вытираю - забыл. Вчера мыл голову.

Вчера я был у Орленева, познакомился с Левентон; она живет с ним на одной квартире.

Миндаль с нашего дерева привезет Маша и отдаст тебе.

Видишь, какой я муж: пишу тебе каждый день, исправнейшим образом. Мне так скучно без тебя! Я каждое утро прислушиваюсь: не слыхать ли венгерца, не пройдет ли он с ведром. Мне кажется, что я совсем уже стал обывателем и без супруги жить не могу.

Тете Леле и Николаше передай мой привет. Николашу поцелуй.

Веди себя хорошо, а то буду колотить очень больно. Пиши, дуся, не ленись.

Твой Антон.

28 авг.

29 августа 1901 г. Ялта.

29 авг. 1901.

Многоуважаемый отец Сергий, случилась история. Дело в том, что о. Александр, 25-летие которого, кажется, в сентябре, вдруг заявил, что он остается служить до (такого-то) сентября, т. е. еще на год. Учитель женской гимназии о. Иоанн обещал написать Вам тотчас же, теперь же из письма Вашего видно, что он не писал Вам и что Вы ничего не знаете. Сегодня я получил Ваше письмо и тотчас же телефонировал Варваре Константиновне, сказал ей, что Вы уже подали прошение, что Вы говорили с архиереем и проч. Она минуту подумала и сказала: "Ну что ж? Пусть. Все к лучшему". Итак, она не теряет надежды и уверена, что если не теперь, то в будущем году Вы будете законоучителем в ее гимназии.

Я уезжаю 15-го сентября, возвращусь к декабрю. Пишу это на тот случай, что Вы, быть может, пожелали бы повидаться - приехали бы и потолковали.

Желаю Вам всего хорошего. Крепко жму руку и кланяюсь.

Искренно преданный А. Чехов.

Газету высылаю исправно. Получаете ли? Предполагалось, что законоучитель женской гимназии перейдет в мужскую на место о. Александра, а Вы - в женскую гимназию. И о. Александр все перепутал неожиданно.

30 августа 1901 г. Ялта.

30 авг. 1901.

Милый дусик мой, городское училище на Миусской площади, кажется, близко к Сущову, где ты бываешь теперь каждый день: так вот, побывай у брата Ивана и возьми у него мой сюртук и прочее платье, какое я оставил у него после венчания. Это сюртук, в котором я венчался. Повидайся с Иваном и Соней и поговори с ними, как ты умеешь.

А в эту ночь у меня было нечто вроде холерины; рвота и прочее, весьма неприличное. А отчего - не знаю. Вчера ничего не ел кроме мяса. Под утро заснул, и сейчас - ничего, только принял olei ricini* и чувствую себя вялым.