Георгий Эфрон - Дневники

Возможно, что завтра получу рис и яйца. Если получу, то рис отнесу хозяйке, а сам буду устраивать роскошные омлеты. Чай продам рублей за 60, за мыло хотел бы 200, но узбеки предлагают сто. Сейчас продал чай за 60 р. и? стакана кислого молока. Интересно, придет ли спекулянтишка. Я ему шею сверну, если придет потом, а не когда условились.

Дневник N 13 14 января 1943 года

Георгий Эфрон Вчера утром спекулянтишка притащился и притащил 25 коржиков и немного коврижки.

Все это сейчас уже съедено - chez moi зa ne traоne pas3. Потом мы с ним пошли оценить чемодан в комиссионку. Там оценщик сказал, что он эту вещь не примет, но на улице Правда Востока мне за нее дадут 800 рублей. Мы условились со спекулянтишкой, что он зайдет вечером, принесет остаток продуктов на 200 р. и 600 р. наличными. Я позавтракал в Союзе, зашел к хозяйке; с этой стороны все в порядке - я посулил ей рису и денег, и она пока не "бузит". Вечером спекулянтишка не заявился, и я пошел в ОДКА, где прослушал довольно безразличную мне 1-ую симфонию Скрябина и замечательный 3й ф-пнный концерт Рахманинова. Купил на сегодня вечером билет на "Живой труп" в театре Берсенева. Сегодня идет дождь.

Программа дня такова: в 12 ч., если до этого не придет спекулянтишка, пойду продавать чемодан, причем продам его ни в коем случае дешевле, чем 800 р.; du moins1 постараюсь. Потом пойду и стану в очередь за рисом, если только есть яйца; если яиц нет, то из-за одного риса, который достанется хозяйке, стоять не буду ни в коем случае. Надо купить картошки - очень захотелось ее. В Литфонд подал заявление на деньги; скоро должны быть. Я думаю, что спекулянтишка меня надул: продал все коржики, а основное и хорошее: сыр, колбасу и коврижку почему-то оставил. Впрочем, он, может быть, еще придет. Все ломаю голову: удобно или нет звонить П. Д.? Нет, пожалуй, неудобно. Увидим, что принесет этот день. Очень хочется продать чемодан не меньше 800 рублей, не продешевить. И потом, очень хочется застать сегодня яйца. Купить картошки, поджарить и выпустить эдак яйца четыре: будет гениально! Вот что плохо, так это что дождь - промокнут ноги, промокнет, соответственно, и настроение. Наши войска взяли Ессентуки. Генерал Жиро организует французскую африканскую армию; она получает американское вооружение. Телеграмму Людмиле Ильиничне решил не давать.

Дневник N 13 15 января 1943 года

Георгий Эфрон Сегодня утром спекулянтишка пришел не в срок, тогда, когда меня уже не было, и обещался прийти в 7 ч. сегодня вечером. Я продал чемодан за 750; осталось 300 р.; купил картошки 2 кг, банку баклажанной икры, 2 огурца, 250 г сахарного песку, купил один бублик, 10 конвертов, выпил? стакана вина, купил 2 огурца соленых и 150 г масла сливочного - вот тебе и 400 рублей. Яиц не давали, так что я в очередь и не стал вставать. Обедал гениально: на hors-d'oeuvre1 черный хлеб с маслом и баклажанной икрой. Суп изготовила соседка Мария Михайловна (она меня угостила бараньим супом, а я получил в гастрономе 2м - Мадарасик достал - баранью голову, и сегодня вечером она будет варить суп и будет есть sa part2).

На 2-ое - жареная картошка с солеными огурцами, и М. М. угостила котлетой (опять-таки из мяса, полученного в Союзе и которого я не получил). А сегодня вечером будем варить баранью голову; если самого съедобного мяса там и не так много, то суп получится отменный, тем более, что есть крупа и картошка. Хотя я и взял билет в театр, но вряд ли пойду - хочу дождаться спекулянтишку, да и в слякоть переть неохота. Сейчас готовлю кофе. С песком - благодать! Авось спекулянтишка вечером занесет коврижку - тогда совсем хорошо будет. Читаю Мопассана.

Дневник N 13 16 января 1943 года

Георгий Эфрон Сегодня написал, по совету Дейча, письмо о моем деле секретарю ЦК Ломакину и передал его в ЦК. Попытка не пытка, может, что и выйдет. Дейчик дал мне телефон Ломакина; завтра буду названивать и узнавать. В Литфонде Эфрос выписал 300 р., но денег опять не было, и я ни шиша не получил. Спекулянтишка притащился, но не мог поймать своего "патрона" и потому не принес сыра и колбасу. Обещает завтра.

Звонил П. Д. Приехал Митя Толстой; завтра буду у них обедать; завтра же постараюсь получить в Литфонде денег. Передал хозяйке талон на рис. Яиц не будет.

Письмо Ломакину - последняя моя надежда на избавление от трудармии. Всю коврижку, баклажанную икру, масло, хлеб и картошку съел; аппетит у меня какой-то сверхъестественный. М. М. угостила полтарелкой превосходного плова собственного изготовления (на моей плитке у меня в комнате - из-за штепселя). Погода стоит дегутантнейшая3: снег мокрый, грязь; галоши протекают. Итак, завтра, по крайней мере, хорошо пообедаю у П. Д. И приятно повидаться с Митей Толстым. Сейчас варится суп из остатков головы телячьей. Боюсь, что письмо Ломакину будет la bonne idйe qui vient trop tard1. Любопытно, что будет 17го и на когда назначат окончательную отправку. Сейчас - 12 ч. 30 ночи. Глаза слипаются. Завтра будет весьма "мотательный" день: надо и вещи собрать, и Ломакину звонить, и зайти в школу за справкой, и в Союз пойти узнать, можно ли получить денег, и к П. Д. пойти, и к Дейчам зайти за ватником. Не знаю, как быть со спекулянтишкой; очень неохота пропустить сыр и колбасу; я с ним договорился, что если он занесет обещанное, а меня дома не будет, то пусть оставит продукты у соседей, где я оставлю для него деньги. А не надует ли он меня? Вдруг оставит меньше, чем надо.