Кильдяшев Антон Евгеньевич

- Если ты будешь помогать их убийству, больших жертв можно избежать.

- А малых?

- Жертвы будут всегда, Каблим. - Вторая вздохнула. - Ну ладно, ты узнаешь, когда тебя вызовут свидетельствовать. Пускай боги не умеют читать мысли, но определить, когда лгут им в лицо, они могут. Прощай и до встречи, Хирург, первый помощник.

- Прощай и до встречи, Странник, командир.

Они помахали друг другу рукой, затем Каблим развернулся, и Рыцарь исчезла, как и не бывало её никогда на этом месте. Что удивило Каблима, так это то, что она материализовалась в Енадааре, мире живых. Она что, умерла не до конца, когда её душу забрали? И что значит Великий Каменщик? Хаотический бог?

С такими мыслями Хирург готовил свой новый кабинет к заселению - работы за Библиотекарем осталось много, к тому же, у него были записи о будущих действиях чиновников на многих исторических документах на следующие несколько лет; хоть глазком, но заглянуть за грань грядущего было возможно, тем более главному в гильдии Старателей.

Внезапно Вторая вернулась, с треском материализовавшись прямо перед Каблимом.

- Новый приказ госпожи. - Девушка улыбнулась так, что Хирургу даже стало как-то тепло на душе. Но он не хотел исполнять то, что ей приказали, потому он сделал свою улыбку от уха до уха, скрывающую эмоции толстой пеленой. - Ты идёшь со мной. Я - Странник, Первая.

Глава XVIII

Разенет набирал всё большую и большую мощь, продираясь сквозь синий ад к машине, которую жаждал всей душой. Он часто встречал в лабиринтах ада различные машины, но только к одной он испытывал это чувство родства душ. Замки богов казались бесконечными, всегда находилась лишняя комната или лишняя терраса, невозможным образом исчезающие сзади комнаты и коридоры. Демоны этого мира были слабее демонов Енадаара, но всё же достойные противники; Разенет не знал, что будет если умереть в этом мире, но он и не пытался этого выяснить, да и пока не приходилось - возможность умереть по-настоящему отталкивала его, не исполнившего свою цель и мечту - убийство генерала Хоргиса Пентарийского, отдавшего приказ вырезать родную деревню Разенета, всех, кого Разенет знал.

С каждым разом погружение происходило всё проще - если во второй раз он упал в свою блевоту и разбил нос, то в последний раз он лёг и "заснул", выпив зелья. Большую часть времени занимала тренировка боевых навыков и телодвижений на монстрах, населяющих синий ад, и лишь малую часть времени он действительно искал Сталь. Странно, что его называли фигурой короля, ведь он чувствует родство машине, фигуре в гульшейхе.

Вся игра богов, которую он пока что видел, была похожа на эту игру. Пешки - обычные люди, фантазмы-слуги и демоны. А вот фигуры выше он пока не видел. Рассчитывая, что ценность фигур в обеих играх одна и та же, он считал себя самой сильной фигурой - шейх мог ходить на любое количество клеток по диагонали либо же на одну по прямой, позволяя контролировать каждую клетку доски.

Ад с каждым разом расступался всё быстрее и Разенет находил всё больше мест, но ни одно не сравнилось с первыми впечатлениями - даже такая фантасмагория надоедает. Ему отчаянно требовался проводник, который бы научил его искать пути в этом мире, но все, кого он встречал здесь, были бездумными демонами.

А в реальности всё становилось только хуже - без Мизгаэля, символа его жертвы, пропавшей понапрасну, он очень страдал, забываясь лишь во сне, хоть он и выглядел спокойно перед всеми. Он должен был быть сильным ради своей цели, ради всех солдат его отряда. Пусть его цель мелочна, но она давала ему силы жить.

Подобное напряжение позволяло ему попадать в синий мир, но оно убивало его боеспособность в Енадааре, где они приближались к границе Конфедерации и Паризийских княжеств - город Мыльный был разделён на три части, между которыми на дорогах стоят солдаты: конфедератский, барнский и гузерский, каждый принадлежал одной стране с соответствующим именем.

Герцогство Мыльный было разделено между наследующим трон мелким дворянином из Конфедерации и соседями, чтобы те не выдвинули претензий на трон. Выбор за мальчишку конечно же сделали власти Конфедерации, но не это главное. Сам город был огромен - двести тысяч жителей, к тому же промышленный центр - лакомый кусок для соседей воюющего государства, проблема лишь в том, что воевать мелким княжествам Барн и Гузер, пусть и населённым, придётся не только с Конфедерацией, но и друг с другом.

Северная сторона реки Прина была сплошь покрыта болотами, мешавшими продвижению любого отряда, сколь угодно большого, на север. Поэтому их обходили через восточную оконечность бассейна Прины - через Мыльный, стоящий у истоков реки.