Эбби Грин - Приворожить врага

Антонио медленно покачал головой:

– Нет, Орла, не сделано. По крайней мере, не так, как ты думаешь. Мы подписали соглашение, но сейчас ты все равно владеешь отелями в Нью-Йорке, Лондоне и Дублине.

Орла побледнела.

– Но… что? Как?

Выражение лица у него стало загадочным и непроницаемым.

– Потому что мы предложили новую сделку твоему отцу. Мы решили стать инвесторами… и он согласился распродать все оставшееся имущество: активы, средства в пользу главных отелей. Это дает шанс на спасение «Кеннеди групп».

Орла не могла больше стоять; она почувствовала, что отчаянно нуждается в кресле. Антонио прищурился и мягко выругался. Потом в комнату вошла пожилая женщина.

Орла могла бы посмеяться над выражением лица Мэри, если бы только могла дышать. Антонио резко сказал:

– Вы не могли бы принести нам бренди?

Мэри взглянула на Орлу и, быстро оценив ситуацию, умчалась за бренди.

Он озвучил мысли, которые вертелись у нее в голове, его голос при этом мягко звучал.

– Это был твой план, Орла, то, что ты хотела, случилось. Это и есть шанс спасти компанию.

Неужели она спала? Ей захотелось ущипнуть себя, но тут суетливо вернулась Мэри со стаканом бренди и тут же исчезла, закрыв за собой дверь. Орла сделала быстрый глоток, руки ее слегка дрожали. Напиток обжег ей горло и провалился в желудок, распространяя тепло по телу.

Как ни странно, Антонио не исчез. Она не спала.

– Но как? Почему? – Казалось, она не могла связно говорить.

Антонио стал расхаживать взад и вперед, будто стоять на месте слишком долго означало для него быть загнанным в клетку.

– Наши приоритеты изменились. Мы больше не заинтересованы в слиянии. Инвестиции в жизнеспособный успешный бизнес более привлекательны для нас сейчас.

Орла с подозрением посмотрела на Антонио. Что-то скрывалось за его словами… Почему он проделал весь этот путь?

Он остановился и пригвоздил ее темным взглядом. Ее дыхание мгновенно стало прерывистым. Она вдруг вспомнила, что одета в черную шелковую блузку и черную юбку. Проклятье. Должно быть, она выглядела как вдова в трауре. На прошлой неделе, когда она уезжала, она забросила все свои вещи, которые носила во Франции, в дальний конец гардероба и достала самую строгую одежду.

– Ты должна вернуться со мной в Лондон.

Паника охватила ее при одной только мысли куда-либо поехать с этим мужчиной. Она покачала головой и снова поднялась.

– Нет, мне нужно остаться здесь и подготовить отель к обновлению.

Знакомое выражение промелькнуло на лице Антонио, и внутри Орлы все задрожало.

– Ты слышала хоть что-нибудь из того, что я только что сказал? Сделка отменяется. Мы заключили новое соглашение. Оно позволит остаться «Кеннеди групп» на плаву. – Челюсть его сжалась. – Но я не подпишу окончательный договор, пока ты не будешь присутствовать при его подписании.

– Антонио… – Одно его имя сбивало с толку.

– Самолет ждет нас в аэропорту Керри.

Она снова было открыла рот, но он покачал головой:

– Или ты едешь со мной сейчас, Орла, или эта сделка расторгается, и тогда ты все потеряешь.

Наконец она могла за что-то зацепиться, когда казалось, мир сошел с ума. Орла выпрямила спину.

– Что же с вами со всеми не так? Ты обожаешь играть с людьми, как будто они маленькие пешки, и гонять их по шахматной доске?

Его глаза опасно сверкнули, и, к ее досаде, один уголок его рта пополз вверх. Да он смеялся над ней! В возбуждении Орла обошла вокруг стола и остановилась перед ним, уперев руки в бедра.

– Если ты думаешь, что можешь просто ворваться сюда…

Полуулыбка растаяла.

– Ты знала, что Лоренс был в больнице?

В мгновение ока гнев Орлы исчез и сменился шоком и беспокойством.

– Нет! Что с ним? Откуда ты знаешь? Что произошло?

Только когда Антонио объяснил, что послал кого-то проведать его и что они нашли его упавшим в обморок в своем доме, Орла поняла, как он все-таки ловко добился того, что она сейчас сидит на заднем сиденье его машины с сумкой на коленях и они уезжают из отеля.

Антонио откинулся на сиденье и выглядел самодовольно. Тревога не покидала ее.

– Кто-нибудь о нем позаботился после этого?

Антонио кивнул:

– Мой врач. Он плохо себя чувствовал и потом упал. Он ничего не сломал, но должен оставаться под наблюдением. Возможно, его служба в отеле закончилась.

Орла чувствовала печаль, которая была несоразмерна ее привязанности к этому старому человеку. Чувство вины пронзило ее. Как могла она чувствовать себя такой виноватой, когда виновник ее боли был прямо перед ней и совершенно сбивал ее с толку своим поведением?